Свеча мертвеца

В спальне мне всегда казалось, что черные, и я думала, что ребенку достанутся такие же.

…И руки теплые. А мои – заледенели.

Вихрь несвязных мыслей и эмоций вышел бурным, но коротким. За более продолжительные эмоциональные реакции в экстренных ситуациях можно было и звания космодиспетчера лишиться.

- Нет, - словно со стороны услышала я свой голос – внезапно севший и дрожащий – и нервно сглотнула. – Сожалею, Ваше Высочество, но я не смею. Вы – третий наследник престола, и ваш брак должен быть одобрен высочайшими лицами Ирейи, поскольку он имеет колоссальную важность для династии и страны.

Он должен был отступить и знал это не хуже меня. Но, кажется, его благоразумие осталось где-то в захолустном ресторанчике, под перевернутым диванчиком, среди осколков разбитого бокала.

- Да, ты права, - медленно кивнул он, упрямо сжав губы. – Брак наследника должен быть одобрен королем. – Он отпустил мою руку и, не отрывая от меня какого-то нетрезвого и отчаянного взгляда, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Где-то рядом экзальтированно ахнула дама. Кажется, та самая, подвинутая. А следом – я сама.

Его Высочество вытащил из-под рубашки кольцо на цепочке. Тот самый простенький серебряный ободок, с которым принц не расставался.

- Я заключал два брака по воле Его Величества, и оба они распались, хотя и принесли немалую выгоду моей стране. Но ни один из них не сделал меня счастливым.

Я долго трудился для блага Ирейи, и мне хотелось бы верить, что она простит мне мой следующий шаг, - ровным голосом проговорил Третий. – Я, лорд Дориан Риндвист ди Ариэни, законный сын Его Величества Риндвиста Крайта ри Ариэни, короля Ирейи, первого этого имени, и Ее Величества Фрины Карит ри Ариэни, королевы Ирейи, будучи в здравом уме и твердой памяти, отказываюсь от своего титула и права наследования трона моего отца.

Кажется, у меня на лице ясно обозначились все сомнения насчет здравого ума и твердой памяти, но принц все равно протянул мне серебряное колечко.

- Я не могу дать нашему ребенку имя моего отца, - честно сказал он. – Но, по крайней мере, могу дать свое. Прошу тебя, не отказывайся.

Кажется, если бы я рискнула, все женское население Альянса в возрасте от пяти до пятисот возжелало бы порвать меня на кусочки!

…А кольцо неожиданно пришлось впору.

…Семь.