Свеча мертвеца

Король Ирейи как раз выкроил время, чтобы высказать своему сыну, что он думает по поводу его последней выходки. Принц дисциплинированно внимал.

Я недисциплинированно сунулась в разложенные бумаги и незамедлительно обнаружила кривую записку от руки. Ознакомиться с содержимым мне не светило – судя по почерку, автором был Рино, а значит, перевод с ирейского на унилингву мне не озвучил бы ни один человек, хоть сколько-нибудь обеспокоенный моим моральным обликом. Зато намалеванная после текста косоглазая рожа, искривившаяся в злорадном оскале, в переводе не нуждалась: лорд асессор заколебался ждать, пока Его Величество закончит сыноспасительную проповедь, и предпочел откланяться.

Содержимое остальных бумаг заставило меня всерьез задуматься о том, что ирейский придется-таки выучить. Вряд ли Его Высочеству и впрямь позволят на мне жениться, но, по крайней мере, секретов и недоговоренностей между нами станет меньше…

Если, конечно, еще останется, о чем говорить.

Унилингва обнаружилась только на одном планшете.

Там излагался протокол ненавязчивого и по-придворному вежливого допроса лорда Гаттри, из которого следовало, что глубокоуважаемый баронет Хоули-Ран крайне заинтересован в благосклонности госпожи судьи, но исключительно из личных мотивов, никак не связанных с разводом Их Высочеств. Сэр как раз подумывал о том, чтобы сделать ей предложение, но теперь, после душещипательного выступления третьего принца, пожалуй, еще долго не рискнет, поскольку боится выглядеть недостаточно убедительным.

Я неопределенно хмыкнула. Об убедительности там речи точно не шло: это ведь судья бросала на него отчаянные взгляды, а не наоборот! Да и если бы баронет действительно имел на нее столь серьезные планы, то уж наверняка бы наскреб решимости попросить руки желанной женщины. А пока все выглядело так, будто он с ней банально спал – и не собирался что-либо менять. Что, в свою очередь, с равной долей вероятности может объясняться и уже заключенной договоренностью о браке с другой женщиной, и желанием повлиять на судью.

Но в любом случае, уважаемый баронет врал как сивый мерин и даже не особо пытался это скрыть.

Я сунулась к следующим записям, но они непреклонно пестрели округлыми завитушками ирейской вязи. А автоматический переводчик был только в телефоне – который мне, разумеется, и не подумали вернуть, хотя мое местоположение и роль во всем этом идиотском абсурде уже давным-давно стали очевидны двум странам разом.