Ночная

Ей-то я первой и рассказала про храмовый обет безбрачия, тщательно скрывая собственное злорадство. А потом меня стало не остановить.

Я говорила и говорила, выплескивая все, что накопилось за эти чудовищно долгие два года. Рассказывала про Старшого (да, Юнити, не такой ты представляла мою первую любовь, если это вообще можно так назвать!), про чуму и голод. Про зуд в заживающем магическом канале, про то, как тяжело ходить босиком с непривычки и что теперь, если не найду нормальную работу, улечу на Хеллу: цивильная Гильдия Воров есть только там, а других полезных навыков я за собой не вспомнила.

Забывала слова, мешая ирейский с тангаррским и унилингвой, захлебывалась впечатлениями, жалобами и радостью от того, что все это наконец-то закончилось. Сетовала, что закончилось все только для меня, а Раинер со своими рыцарственными порывами попал как кур во щи…

- Ты что же это, действительно собралась с ним? – все-таки вклинилась Ясмайн, растерянно хлопнув ресницами.

Впечатляющую филею как раз спрятали обратно под одеяло, а ремни дополняли наручниками, отчего бессознательный храмовник лишился всякого магического флера, но я все равно упрямо кивнула.

- Он попал сюда, защищая меня. Было бы нечестно просто бросить его один на один с совершенно чужим миром, - напомнила я. – Он не знает язык, не понимает толком, что происходит. Ему страшно. Я не могу все оставить вот так. Да и реабилитация, справедливости ради, нужна нам обоим.

- Врач сказал, что ты цела, - нахмурилась Юнити. – Не хотел нас беспокоить?

В свете нездорово яркого сияния под ногтями разволновавшейся Ясмайн никто бы не рискнул расшатывать их душевное равновесие – хотя, если задуматься, куда уж больше-то? Но в этот раз все дело было в другом, и я виновато покачала головой.

- Я действительно цела, на удивление, - подтвердила я и заставила себя поднять взгляд. – Просто… это было тяжело.

Очень. Мне нужно будет какое-то время, чтобы привыкнуть к нормальной жизни.

Хотя мысль о том, что меня никто не сожжет за неосторожное слово, грела необычайно. Но все еще казалась чертовски странной.

Вот прямо возьмут – и не сожгут?..

Впрочем, не стоит упускать из вида Раинера. Он-то вот как раз бы с удовольствием…

- Мы останемся в Нальме, - сообщила я сестрам. – Нас разместят в штаб-квартире Противодействия.