Ночная

Например, чтобы вылечить твою руку, нужен был канал не меньше полутора миллиметров, а чтобы телепортировать нас с Тангарры – не меньше… пяти, - запнувшись, закончила я, впервые задумавшись, какая же махина сидела в голове у Оберона. – У меня было всего два, - грустно добавила я. – Зато мне не ставили никаких ограничений в заклинаниях.

- Прекрасно, - саркастически протянул Раинер, задумавшись о своем. – И что же нам теперь, вскрывать всем, заподозренным в колдовстве, черепные коробки, чтобы замерить канал?

Я растерялась.

Тут явно имела место проблема этического характера.

- В Альянсе используются преимущественно диагностические заклинания, - призналась я. – На Павелле – там, к слову, почти нет коренных магов, а потому развивается в основном техника – додумались до машин, которые работают по принципу звукового резонанса… - я осеклась, заметив на лице собеседника чрезмерно озадаченное выражение. – В общем, есть машины, которые могут замерить канал, но они очень громоздкие и дорогие. Наверное, это лучше обсудить с лордом Эйденом.

С согласия правительства Тангарры можно будет прислать вам дипломированных магов, которые проводили бы обучение... – я замолчала, обдумывая последствия, и Раинер будто мои мысли прочитал:

- Плохая идея. Если я явлюсь в компании колдунов после того, как пропал на несколько недель, каратели меня даже слушать не станут. Да и машины вряд ли кого-то воодушевят.

- Как и идея щадить магов в принципе, - задумчиво кивнула.

Такие идеи не должны исходить из низов.

К ним Тангарра не слишком-то снисходительна.

- Возможно, епископ Арман… - Раинер прервался, чтобы допить чай и мрачно уставиться в чашку. – Нет, сначала лорд Эйден, ты права.

Я прошлась по выделенным мне апартаментам, снова наполнив чайник и поставив его кипятиться. Храмовник провожал меня раздражающе рассеянным взглядом человека, которого уже тошнит от новых впечатлений. Молчание затягивалось; я думала, что сейчас он, наверное, захочет уйти, забиться в свою комнату, как раненый зверь в укрытие.

Но Раинер вдруг отставил чашку и уселся на край моей кровати, откинувшись на спинку.

- Расскажи еще что-нибудь, - попросил он и прикрыл глаза. – Я с ума сойду сидеть без дела до вечера.

Я растерялась – не то от внезапной просьбы, не то от того, как близко он оказался и каким домашним и привычным выглядел в казенной рубахе армейского образца.

- Например? – спросила я и заставила себя отвести взгляд от помятого воротника.