Шаг к (не) Счастью 2… - Лабиринт Смерти.

- Открой глаза и произнеси мое имя.

Она тут же сильнее зажмурилась. Если он хочет поиграть, то она не против, а потом он должен ей подарить себя.

- Если ты произнесешь мое имя, у меня встанет.

Ее глаза распахнулись.

- Ашэрр, - ласково сказала она.

Он издал звук, как от боли.

- Низшие тебя побери, женщина! Часть меня даже хочет, чтобы ты такой и осталась, - и напряженно произнес куда-то в сторону: - Рай, в ледяной кокон Лизу. Это спасет ее. И не заморозь до смерти. Кристаллы-силы если тебе понадобятся у меня имеются.

А потом он коснулся ее лица. Что-то в его прикосновении изменилось. Он словно прощался с ней. Она в панике схватила его за руки.

- Не бросай меня.

- Не брошу, Лисс-са, - и сделал шаг назад не сводя с нее глаз.

Молодец, Лиза, говорил его взгляд. Ты храбрая, говорил его взгляд. Ты справилась, и низшие подери, ты хороший маленький воин. Его глаза приняли ее, оценили с головы до ног и отразили. И в темном зеркале его глаз она была настоящей женщиной. Он ее видит. Он действительно видит ее!

И снова целовал ее, до головокружения и огня в легких, до полного сумасшествия бурлящим потоком в крови.

До потери контроля у обоих. Они словно единое целое, сцепленное невидимыми крючками. Ее волосы дернули, приподнимая голову, заставляя подняться на цыпочки и еще удобнее открыть доступ к тихо стонущему рту. Они задыхались от ощущения вечности, навалившейся на них. Время убыстрило свой бег, потом остановилось вовсе, а затем свернулось в тугую серебряную спираль и улетело в небеса, оказавшиеся странно близкими. Сердца бились со скоростью, не подвластной измерению. Это больше не было сокращением мышц, это было ровным гулом в груди, в висках, на губах - сердца стали чем-то единым - и иным. И кровь превратилась сначала в обжигающе-холодное шампанское, а потом - в раскаленную лаву, выжигающую тела изнутри.

Он оторвался от ее губ и долго смотрел в ее глаза удивленный тем, что только что испытал от одного лишь поцелуя. Но отвернулся от нее и молчаливо дал команду Райю приступать.

Она подавила вздох боли, когда он от нее отстранился.

А потом задохнулась от жгучего холода. И свет померк не только в ее сознании.

Теперь она воздушный змей, попавший в торнадо, но у нее длинная веревка. И чувствовала, как она натягивается. Кто-то где-то держит другой ее конец, и, хотя он не может спасти ее от шторма, но он не позволит ей потеряться, пока она не наберется сил.

Столетия были секундами, минуты растягивались в эпохи - вот какая это была ночь для Лизы.