Любовь по-драконьи

– Вся женщина там так ходить. Мну еще скромен.

– Отчего же тогда Марина Владимировна отстала от моды?

– Марина вообще древность.

Я поперхнулась вином, которым пыталась запить застрявший в горле кусок мяса, которым поперхнулась после замечания Свэна. Тавтология в действии.

– Ну, – с наслаждением изучая мое декольте, протянул дракон, – для древности она неплохо сохранилась.

Мой возмущенный взгляд проигнорировали обе стороны диалога, а вот остальные приглашенные уже откровенно забавлялись.

– Марина Владимировна, отчего же ваша подопечная, – последнее слово он специально выделил, – одета столь откровенно… прекрасно, а вы вот моде не следуете?

Спасибо, дорогой, напомнил, что я в ответе за весь этот балаган.

Теперь на меня смотрели с еще большим интересом. Давненько обитатели Истариона так не развлекались. Лет пять как минимум. Даже Шан забыл про забрызганный мундир и с интересом следил за беседой. Ну ничего, Аленка их темами для сплетен на год вперед обеспечит. Главное, чтобы в этих сплетнях поменьше фигурировало мое имя. Но вопрос требовал ответа.

– Наверное, Мессир, потому, что я все-таки древность, как верно заметила моя подопечная.

А теперь картинно вскинуть руку к гудящей голове, покачнуться и слабым голосом простонать:

– Мессир, прошу меня простить, но я неважно себя чувствую. Магическое истощение. С вашего позволения, я бы хотела удалиться.

Во взгляде Свэна мелькнуло беспокойство, но тут же утонуло в море безразличной вежливости. Понял, что придуриваюсь. Голова хоть и болела, но не настолько, чтобы покинуть ужин.

– Конечно, Марина Владимировна.

– Алена, проводи меня, – тоном, не терпящим возражений, приказала я.

– Но я не пожрат, – возмутилась наглая девчонка.

– В таком случае позвольте мне вас сопроводить, – хищно улыбнулся Мессир и поднялся из-за стола.

Всем остальным тоже пришлось нехотя покидать свои места. Молодец, Аленка, теперь из-за тебя никто не «пожрат». Хозяин встал – ужин окончен.

– Позвольте узнать, Мессир, мы гостьи или пленницы? – тихо произнесла я, когда мы приблизились к гобелену с единорогом.

Голова по дороге все-таки разболелась: приступ, чтоб ему, поэтому я еле переставляла ноги и слегка покачивалась на поворотах. Свэн поддерживал меня под локоть, правда, мне казалось, что больше для того, чтобы ускорить наше продвижение, нежели из беспокойства обо мне. Аленка плелась сзади и дулась. Из-за стола выгнали, сладкого не подали, с собой еды не выдали, Мессир не клюнул и вообще ведет под руку меня, а не ее.