Любовь по-драконьи

– С чего это?

Я перелистнула страничку, там сейчас самая заварушка начнется, интересно же.

– Ты женщина-воин, – уверенно заявила Аленка, а я даже от книжки оторвалась. – Ты из клапан Стальной. А этот клапан – эл-лита Четвертый государства! Эта же министерство обормотов!

Я даже опешила.

– Алена, воины в клане – мужчины. Женщинам разрешено работать только на гражданских специальностях, и никакого отношения к обороне государства они не имеют. Никогда.

– Но ты уметь биться. Должен уметь.

– Алена, – как маленькой, начала объяснять я девушке, – не только в клане Стальных, но и во всех остальных кланах обучение рукопашному бою — это обязательный предмет в образовательной программе детей до пяти лет, чтобы они научились группироваться и правильно падать, не ломая при этом себе руки-ноги.

– Вот! Мну же казать, ты уметь биться! – неподдельно обрадовалась попаданка.

– Алена, ты меня слышишь? Я сказала – в обучении детей до пяти лет! Ты думаешь, я что-то помню?

Сообщать Алене о том, что какое-то время все же посещала занятия по основам ведения боя, я благоразумно не стала.

– Но мну не уметь и этот, – расстроилась девчонка настолько, что даже рыжие кудряшки понуро обвисли. – А мировой зол бить надо.

– Кому надо? – простонала я, уже понимая, что довольно скоро очередной бессмысленный и беспощадный спор с переселенкой закончится для меня головной болью.

– Мну вызбранный! – сурово провозгласила Аленка и, сдвинув бровки, уставилась на меня взглядом осла.

Лучше бы помирать, но, увы, драконы женщину не убьют, зато покалечить случайно могут, а мне за это «неуд» впаяют, и прощай престижная работа.

– Мну орудие достал.

Девчонка соскочила с моей кровати, залезла под свою и извлекла на свет длинный ржавый меч, которым обычно у нас реконструкторы пользуются, когда устраивают показательные исторические выступления.

– Мну знать корявдинаты телепорт.

Из кармана рыжей показался голубой кристалл. И где только достала? Ведь негде же, если только не…

– Аленочка, а откуда у тебя телепорт? – ласково поинтересовалась я и, судя по бегающим глазкам и виноватому виду, оказалась права в своих предположениях. – Кто? – сурово вопросила эту беду ходячую.

– Магистра Валериуса, – со вздохом призналась она.

Вот же пакость мелкая! И черт с ней, что уже двадцать, мозгов лет на восемь.