Любовь по-драконьи

– Эй, красавица! Подходи, посмотри, шелка лучшие! Только для тебя продам со скидкой!

– Милая девушка, не проходите мимо! Драгоценности из самого пекла Тьершего разлома! – слышались с обеих сторон из-за ярких пестрых лотков призывные кличи продавцов, которые, вежливо поклонившись Патрону и его спутнице, уже через миг забывали о присутствии монарха и вновь начинали горлопанить, зазывая покупателей.

– Подходи, погадаю. Всю правду расскажу, – уцепила меня за руку разукрашенная на манер орочьих шаманов человеческая женщина.

– Беда у тебя была, – быстро глянув на мою ладонь, произнесла она таинственным шепотом. – И сердце не на месте. Избранник твой рядом, но далеко…

– Отпустите, пожалуйста, – попыталась я высвободить свою руку, но куда там, «гадалка» держала крепко. Она даже подобие транса попыталась изобразить, неестественно закатив глаза так, что видны остались только белки, но, увы, для достоверности ей не хватало каких-то миллиметров, на которые сверху из-за век выглядывала голубая радужка.

– Стремитесь вы друг к другу, а никак не дойдете, ибо разными дорогами путь держите, – продолжала вещать женщина, еще крепче сжимая мое запястье.

– Отпустите немедленно! – начала злиться я. – Вы мне синяков сейчас наставите!

– Но все хорошо будет. И сердце твое с любимым успокоится, – закончила наконец-таки свое «предсказание» провидица и, зазвенев колокольчиками на рукавах, протянула мне раскрытую ладонь: – С вас три черных пата[1], – радостно объявила она, довольно скалясь прямо мне в лицо.

«Богиня-Мать, за что?!» – мысленно простонала я. За свою недолгую жизнь я уже привыкла, что ко мне всегда и везде цепляются всякие проходимцы и шарлатаны. У меня, наверное, на лице написано, что я даже заплачу им, лишь бы избежать скандала, но сейчас у меня нет денег, от слова «совсем»! А глядя на эту «милую» женщину, я с тоской осознавала, что живьем она меня вряд ли отпустит, но делать нечего.

– Уважаемая, – вежливо начала я, – за что я должна вам заплатить три пата?

– Как – за что?! – переходя на повышенный тон, завопила тетка, замотанная в разноцветные прозрачные тряпки, сверху расшитые перьями, камушками, бубенцами и палочками разной кривизны.

– За предсказание! Неужели тебе, красавица, неприятно было услышать, что любовь твоя скоро свершится? Неужто жалко за добрые слова какие-то несчастные четыре черные бумажки?!

– Четыре?! – от такой наглости я даже опешила.

– Четыре, – подтвердила нахалка. – Три пата за предсказание, один за транс.