Аля и Зверь

В любом случае, следовало быть очень и очень осторожной. Алес был той еще тёмной лошадкой. Ясно было лишь одно – любыми способами он постарается удержать власть, и, скорее всего мою скромную персону он планирует использовать именно для этого, но каким образом?

Одно радовало – символ власти, наш родовой камень Индиго, что синей ягодой замер у меня на груди, подвешенный на витиеватой цепочке под тонкой тканью платья, защищал меня безраздельно. И отобрать его никто не мог. И даже, судя по авторитетным заверениям тети Лили, снять с трупа.

Хотя от последнего легче не становилось.

Местные катакомбы были целой сетью подвальных и полуподвальных помещений, пронизывающей многие километры как жилой, так и нежилой пощади города. Это был своего рода город в городе, только на более низком уровне, куда могли попасть только свои. Множество подземных помещений, комнат и даже многоуровневых домов связывались темными секретными переходами без каких-либо опознавательных знаков, где заблудиться было раз плюнуть. Только постоянные жители катакомб знали тут все наизусть, и то периодически путаясь в направлениях в кромешной тьме.

Я ясно представила себя после нескольких лет подобной жизни. Бледная, с сощуренными, как у китайца, глазами и явным дефицитом витамина д и кислорода в крови. Мда, жителям подземелий не позавидуешь. Чётртов любитель пауков, забравший у людей солнечный свет!

Мне отвели небольшую комнатку, смежную с каминной. Здесь было очень скромно, очень чисто, очень душно, пахло землей и отчего-то соломой.

Кровать у стены, шкаф, тумба и половичок на каменном полу, и небольшая дверь рядом со шкафом, очевидно, в ванную. На тумбе располагался единственный скудный источник освещения - маленькая плетеная лампа. Я вспомнила богатые хоромы Инессы Чёрной, и вздохнула, усаживаясь на жесткую кровать. Да что там хоромы Инессы, моя собственная маленькая квартирка, обставленная в практичном минимализме, на окраине северной столицы казалась царскими палатами по сравнению с данными подземными апартаментами. Хотя, все могло быть куда хуже, верно?

Бабушка выдала мне абсолютно новое платье из своих скромных запасов. Оно было светло голубым, длиной до щиколотки, со множеством пуговиц, и велико на пять размеров. Но я с удовольствием переоделась, стянув лишнюю ткань пояском на бедрах. Видок у меня был, конечно, тот еще. Но оверсайз нынче в моде, не знаю, конечно, насчет здешней… Да и в этом платье я выглядела уже гораздо лучше, чем в щедром даре Инессы Черной.