Аля и Зверь

Казалось, что совсем недавно я получила чудесный драгоценный подарок, обещавший настоящее счастье, доступное отнюдь не каждому, в предвкушении развернув который, я обнаружила под оберткой заплесневелую гниль. На минутку, Одарённую Заплесневелую Гниль! И если в чужих словах я могла бы еще сомневаться, то как оправдать виденное собственными глазами? А перед ними вновь стояла объятая пламенем женская фигура на рыночной площади.

Алес, воспользовавшись моим траурным молчанием, снова решил поднять предыдущую тему. Видимо, фамильное кольцо жгло карман похлеще пресловутого черного пламени.

– Боюсь много времени чтобы подумать над моим предложением у тебя не будет.

Я досадливо поморщилась. Судя по его аргументам, у меня не то, что времени, да и выхода то особо не было. Ибо придумать иной способ разрешить ситуацию, помимо предложенного, было просто нереально. И мы оба это прекрасно осознавали. Но отвечать я не торопилась. Просто, не глядя, протянула руку ладонью вверх, в которую он в ту же секунду понятливо вложил кольцо, будто всё это время не выпускал его из рук.

Я со вздохом опустила тяжелое украшение в карман и остановилась, краем уха услышав некий странный звук.

Мы подошли к той самой балюстраде обвитого плющом патио, откуда стартовали каких-то пару часов назад. С другой стороны Резиденции, эхом резонируя в сквозном каменном коридоре с гобеленами, вместо недавних яростных воплей долетал уже совсем иной звук – леденящий душу треск разрастающегося пламени.

Синхронно мы кинулись вперед, через коридор, к главному выходу из арки напротив фонтана.

Блондин оказался на крыльце раньше меня, и застыл там, разглядывая нечто, мне пока недоступное. Догнав, я осторожно выглянула из-за его плеча и ахнула.

Главное здание Белых Холмов было окружено высоким кованным забором, по обе стороны которого вились дикие плющ и виноград, искусно создавая иллюзию живой стены. Изнутри ничего не изменилось, все также спокойно трепетали на ветру пятиугольные листья, но по другую сторону забора…. Там они давно съежились, почернели и исчезли в печально знакомой черной, трехметровой высоты стене огня, вздыбившейся вторым забором вокруг Резиденции.

И там же за воротами, спиной к нам, в полыхающем пламени темнела знакомая широкоплечая фигура. Я судорожно вздохнула, и затравленно огляделась, как если бы в поисках помощи, которой, собственно, ждать было не от куда. С Алесом мы все обсудили еще час назад, и я должна была решить эту проблему сама, Индиго мне в помощь.