Авейра. Голос Пламени

Но терять мне было нечего. Шестое чувство подсказывало, что этот мужчина убил бы меня уже давно, если бы мог. А так… поиграем. – Зачем пришли?

— Даже так, – рассмеялся маг поразительно бархатистым и глубоким смехом, вводя меня в недоумение. Не может такой приятный смех принадлежать столь неприятному типу, ну не может! – Ладно, давай на чистоту. Зачем ты спалила мою лабораторию?

— Кто сказал, что я буду с тобой что-то обсуждать? – попыталась изобразить искреннее изумление, совершенно наглея и нарушая всяческие нормы приличия.

— Девочка, – наклоняясь так близко к моему лицу, что еще хотя бы миллиметр – и мы бы соприкоснулись, прошипел мужчина, – с чего ты взяла, что я буду спрашивать у тебя?

— Потому что уже это делаешь, – отвечая ему таким же взглядом, произнесла я, а губы сами собой растянулись в улыбке.

Я ожидала абсолютно любой реакции на свое откровенное хамство, не удивило бы даже рукоприкладство. Но то, что последовало после моих слов, выбило меня из колеи совершенно.

Этот наглец, распалив меня и подзадорив на спор… ничего больше не говоря, развернулся и вышел. Просто так взял и вышел! Я тут, значит, преодолеваю душевную войну, рискую, а он берет и так просто уходит!

«Ну и мужики нынче пошли!» – тоном бывалой дамы проворчал мой внутренний голос. Иногда мне казалось, что он живет своей собственной жизнью, но, думаю, это мне просто кажется.

И чего этот маг вообще приходил? Не допросил, не избил, не сделал ровным счетом ничего, а мне просто нестерпимо хотелось какого-то движения! Сидеть безвылазно в этой каменной клетке просто невыносимо.

Может, он добивается, чтобы я сошла с ума? Ой не удивлюсь.

И опять бесконечная вереница минут, которые складывались в часы. Я успела изучить почти каждую трещинку этого мешка, несколько раз пыталась связаться с соседями: нет, ну мало ли, вдруг я в этой тюрьме не одна сижу… но все было безрезультатно. Сколько прошло с моего появления здесь? Неделя? Две? Месяц? Не знаю.

Дни и ночи, смену которых я кое-как могла наблюдать через окошко под потолком, слились для меня в одно целое, а единственным развлечением стали беседы с самой собой. Дожила. А любимым занятием стало царапать рисунки ложкой по камню.

«Увековечишь свое пребывание здесь! Оставишь наследие потомкам!» – шутила сама про себя.

«Только это и остается! – отвечала себе же. – Ну ничего-ничего! От скуки и не такое бывает».