Попаданец в Тэврус. Возвращение домой

- Интересно, что нужно делать дальше? - спросил я, понимая, что не получу ответа. И хотел было сказать что-то еще, но стоящая рядом со мной подружка исчезла.

- Акулина! - позвал я.

Послышался гул, пол под ногами дрогнул, но потом все успокоилось и на меня со всех сторон хлынул поток света, подобно сотне тысяч лучей прожекторов. Но не ослепил!

И я, набирая скорость, полетел в никуда. Но отчего-то понимал, что не разобьюсь, не погибну.

Я доверился своей судьбе и всеми фибрами души потянулся к неизвестной загадке, таящейся внутри появившегося пространства.

Во что бы то ни стало хотелось ее разгадать. И я подался навстречу тайне.

Падение в нечто остановилось, и я завис в пространстве. Вокруг меня появилось великое множество крохотных зеркал или экранов. Проносясь мимо меня, они, от начала и до конца, показывали все мои жизни. Да, именно так — жизни! И я вспомнил…

***

- Зачем тебе браслет? — рассмеялась рыжеволосая красавица — моя жена. На ней было надето белоснежное воздушное платье, а прическу украшала диадема.

Странно, но я испытывал к ней лишь уважение и тепло. Но это не то, что окрыляет и поднимает на вершины мира. Однако, я был безмерно рад тому, что она решила разделить со мной целую вечность, — Мы — Боги. С нами ничего не может случиться! Для чего ты поставил на него защиту от магии созданий Тэвруса?

- Я решил сделать артефакт власти — признак повелителя мира, по которому меня сможет узнать любой житель нашей с тобой планеты. Но, думаю, что надо будет что-то придумать со сменой обличий.

Негоже, чтобы наши создания знали, что среди них поселились бессмертные Боги!

Проходили года, столетия, тысячелетия, но нас так и оставалось двое. Не удавалось завести детей.

- Ввайррик, я не понимаю, мы же любим друг друга. Так почему? — рыдала Руэна, находясь в беседке пышного и цветущего сада возле королевства ведов. Мы каждые три месяца меняли место своего пребывания, проживая то в одном, то в другом королевстве. Я был повелителем, а короли государств - моими подданными.

В ветвях деревьев, между которыми пробивались яркие солнечные лучи, щебетали птицы.

Но их пение сейчас не доставляло мне ровно никакого удовольствия, а только еще больше раздражало.

«Прости, но я тебя не люблю, — мысленно проговорил я, вспоминая важную истину — если и рождаются у Богов дети, то только от великой любви. — Прости меня, родная». Я постоянно корил себя в том, что сердце по отношению к самой идеальной по моему мнению женщине отчего-то молчало.