Попаданец в Тэврус. Возвращение домой

И пусть весовая категория отнюдь не была на моей стороне, но нужно было хоть что-то предпринять для того, чтобы выбраться из захвата — иначе мне не несдобровать. Так что, выбор между жизнью и подштанниками был очевиден. Резко взлетев своим туловищем вверх, я услышал звук рвущейся ткани и стремительно полетел вниз.

Я снова упал на обездвиженное тело бедолаги лучника. А после, не дав опомниться воину, сделал резкий выпад левой ногой и хорошенько врезал ему по колену. Перекувыркнувшись в воздухе, я ушел в сторону, находящуюся слева от противника и перед этим успел правой ногой хорошенько врезать ему по области живота.

Мужчина зарычал и, надо отдать ему должное, не стал доставать меч или воздействовать на необученного меня своей магией. И мы сошлись в рукопашной схватке, то и дело бросаясь друг на друга.

Но в какой-то момент, рядом с нами, раздался отчетливый рев разъяренного зверя. Стоявшие возле деревьев лошади от испуга громко заржали. Мы же с воином, переглянулись, и не сговариваясь, прекратили свое сражение.

Легкий шелест кустов, и фигура противника стремительно улетела в сторону лошадей. А после, два светящихся в темноте глаза устремились прямо на меня, и складывалось впечатление, что они заглядывали вглубь моего сознания.

- Ну что, стоишь! Ешь уже! - разозлился я на судьбу.

Хищник, казалось, в немом изумлении склонил голову на бок, изучая меня, а потом упал навзничь и громко расхохотался с нелепым катанием по земле, погружая меня в еще больший ступор.

- О-о-о-ой, не могу! Ха-ха-ха! - начала причитать свалившаяся на мою голову зверюга громогласным голосом, - Кирилл, да тебя ни на минуту нельзя оставить одного! Вот, скажи, чего тебе не сиделось в пещере? Мне нужно было всего лишь каких-то пять минут, чтобы прийти в себя после колоссального количества полученной от тебя энергии.

Ха-ха! Вот, умора! Очнулась, а тебя нет. Выхожу, а ты в чем мать родила разгуливаешь с каким-то мужиком!

Меня, наконец, осенило. Опомнившись, я ударил себя кулаком по лбу. Вот же дурак!

Стоп! В чем мать родила?! На моем лице проскользнула краска стыда, стоило лишь осознать, что на мне нет никакой одежды.

То, что осталось от нижнего белья, сиротливо лежало порванной кучкой тряпья недалеко от находящегося без сознания лучника. Я молниеносно прикрыл руками причинное место.

- Бо… Богема? - начал заикаться от удивления. В груди же холод и горечь стали вытесняться теплом, а натянутые струной напряженные и, разгоряченные предварительной битвой мышцы, постепенно расслаблялись.