Как выйти замуж за принца, или Другие превращения Шурика

А за ним и все остальные. Жаль рядом с ними нет молчаливого слуги, очень хотелось услышать, как бы он нарушил свой обед молчания от увиденного.

Я вспоминаю пылающую новогоднюю ель на праздничной площади. Память рисует в воображении дежурную пожарную бригаду, тщетно бьющуюся с адским пламенем. Таким же адским, как сегодняшняя огнегонка из старинной книги по зельеваренью. А что происходило дальше, мне не вспоминается. Во всем виновата бутылка шампанского. Но судя по рассказам очевидцев, которых в ту ночь напугали парящие над головами огненные шары, я действительно повелительница огня.

И теперь я точно знаю, откуда они тогда появились, про них целый месяц в местных газетах писали: «Внимание! Сенсация! Шаровая молния на главной площади в новогоднюю ночь». Поэтому-то мы с боссом моих пламенных проделок легко от наказания отделались.

- Ее стихия – магия огня, - улыбается профессор, разглядывая искрящиеся горящие шарики, подпортившие явно недешевые шторы.

– Самая сильная стихия дремор. Мы в ней не ошиблись, Дарнел. Завтра начинаем подготовку к замужеству. Урок первый – дворцовый этикет.

Глава 29 в которой все будет Шита-Крыта

"Большой опыт по соблазнению. Правда пока неудачный."

Из анкеты на сайте знакомств Мрачбурга

За сожженной занавеской моросит дождь.

Молчаливый слуга молча обещает сменить занавеску, но вместо занавески меняет весь мой гардероб – с пятьдесят шестого размера на сорок второй.

И пока меня готовят в жены колдуну, на кухне зеленого замка готовят что-то ароматное и, судя по запаху, очень вредное. Только очень неполезная пища источает такие ароматные запахи.

И пока под звон гибридных колокольчиков, выращенных в садах цветочных фей из магических агросемян фирмы «Последний навоз», в обеденный зал вносят птицу, овощи, салаты и выпечку, профессор оповещает всех присутствующих и меня:

- Эротично принимать пищу – настоящее искусство, и только познавший его обольстит любого правителя.

- Принимать эро… как? Эротично, - чуть не поперхнулась от одной только мысли об эротично загрызенном мной жареном кролике.

- Девочки, - зовет кого-то и взмахивает длинными рукавами эросенсей, рассыпая повсюду зеленую пыльцу, прочихавшись от которой за столом возникают те самые званные им девочки.

- Твои преподаватели: Шита и Крыта, - представляет он двух совершенно одинаковых фрейлин.