Горгона. Богини тоже ошибаются

У Инора при его росте фигура была гармоничная, широкие плечи, узкий таз с упругой попкой, длинные ноги, и рельефный пресс, на котором видны все кубики и другие слюна отделяемые мышцы. Длинные волосы, рыжего цвета и такая же щетина на подбородке, которая появилась на второй день. Лицо, с грубоватыми чертами лица нельзя назвать красивым, но по-своему привлекательное.

Но самое чудесное, что полностью примирило меня с новым мужем, конечно его зверь. Огромный, с большими зубами кошак. Оборотни никогда не перекидываются перед чужими, но теперь, я жена и ближний круг.

Я долго чесала мурчащего зверя за ушами и гладила шелковистый мех на пузе. Даже проехалась верхом весело пища, когда падала то в одну то в другую сторону. В эти дни мне было легко и весело, словно какие-то цепи, что стягивали меня по рукам и ногам пропали и я стала свободна. Эти дни я буду вспоминать, как одни из самых счастливых в моей жизни. Уходить с острова не хотелось, а еще было немного стыдно. Перед детьми, которых бросила одних, ох уж это самоедство, перед отцом, который переживает, и даже перед Димом, потому что недолго горевала после нашего расставания и быстро утешилась. Но жаркие ночи и дни голого секса закончились пора приниматься за работу. Наш последний прощальный на этом острове акт любви оказался ритуальным. Инор куснул меня за шею трансформируя клыки, а потом зализывал появившуюся кровь. Я тоже укусила в ответ, клыки у меня были не меньше, но зализывать не стала, мстя за неожиданную боль. Вот и все, по обычаям ригнаров, мы муж и жена. Даже на ауре появилась метка, которую не спутаешь, жена оборотня. Счастливо улыбнулась. Чувствую впереди нас ждет немало скандалов и может быть драк. Инор не привык, что женщины командуют, думаю оборотню придется нелегко со мной, а кто виноват, сам напросился.

Встретили нас надо сказать спокойно, даже обидно стало. Матери не было несколько дней, а дети поцеловали в щеку и весело о чем-то споря ускакали к своим друзьям.

Тир на секунду отвлекся от какого-то огромного талмуда, в задумчивом взгляде было видно, что он далеко отсюда. Стаур подмигнул, все-таки подколов, что хороший секс делает жизнь счастливой, а всем другим вообще было все равно. Лишь Гондальфа по своему каналу пела дифирамбы и мне и новому избранному, уже мечтая о новой ригиерке. Я даже похолодела от этой мысли, потом прислушалась к себе и поняла, что навряд ли, кушать совсем не хотелось.