Идеальная помощница Растифора

— Ян Пустиш, — проговорил он, озадаченно переспросив: — Соломинка Ада, значит? Это… что за имя?

— Это студенческое прозвище, — вступил в наш диалог Кайрид, хватая меня за локоть и аккуратно подтягивая назад. В то же время сам он двинулся на ректора, оттесняя того к двери и заговаривая зубы на ходу: — Девушка училась на боевом факультете и собиралась стать стражем на острове Адбург. Отсюда и имечко, сами понимаете. Но там у нее не заладилось — поняла, что хочет иного. И вот она здесь, с нами! Повезло!

— Повезло, — неуверенно повторил ректор, выглянув из-за плеча Растифора и бросив на меня выразительный взгляд, полный сомнений.

Я тут же изобразила на губах улыбку и помахала мужчине рукой.

— Буду вводить ее в курс дела, — вновь загораживая меня собой, продолжал говорить Кайрид. Потянувшись к двери, он ее открыл и практически вытолкал ректора со словами: — Дадим девушке пару недель испытательного срока. Со мной мало кто может сработаться. Скорее всего, сбежит…

— Куда сбежит?! — нахмурился Пустиш, упираясь рукой в дверной косяк.

— К лучшей жизни, — пожал плечами Растифор.

— А здесь-то чем плохо? Девушка кажется вполне довольной, — ректор посмотрел на меня.

Я усиленно закивала и показала ему большой палец, подтверждая:

— Я буду очень стараться. А если пропаду — это не по моей воле! Сама я отсюда ни ногой!

Растифор обернулся, уколол меня полным негодования взглядом.

— Вот и славно! — обрадовался Пустиш и обратился к Кайриду с плохо скрытым злорадством: — Оставляем! Ее деятельность на твоей ответственности, Растифор! И все промахи! Каждый промах — на тебе!

— Все как всегда, — услышала я ответ, а после дверь наконец закрылась.

Казалось, старик пытался сказать что-то еще, но не успел. Однако ломиться повторно не стал — наверное, ему хватило увиденного.

Повернувшись ко мне, Кайрид привалился к полотну двери и, смерив недовольным взглядом, уточнил:

— Соломинка Ада?

Тон его был таким, что я начала оправдываться раньше, чем это поняла.

— На самом деле полное имя Аделина, — ответила тихо и как-то заискивающе.

— Из тысяч других имен она — Аделина! — выдал Растифор, закатив глаза. — Повезло — ничего не скажешь.

— Это бабушка настояла, — я нахмурилась. — И чем плохо мое имя? Уж явно не хуже этого Пустиша.

— Бедовая! — отозвался ворон со своего импровизированного насеста. — Хор-рошего человека так не назовут!

— Почему это? — не поняла я, раздраженно зыркнув на слишком говорливую птицу.