Идеальная помощница Растифора

Это означало, что верлы Эттаи больше нет и не будет никогда…

Старуха потащила Мейбл прочь, крепко сжимая бледную холодную ладошку.

— Идем домой, — ворчала она едва слышно из-за криков недовольной толпы, — ну все, ну все…

“Домой, — повторила Мейбл про себя, — но где теперь мой дом?”

— А ну, прекратить этот бардак! — От сильнейшей пощечины голову Мейбл мотнуло в сторону, а из глаз брызнули слезы. Ошарашенно уставившись на своего преподавателя, она, кажется, впервые за все время их знакомства заметила на лице господина Растифора истинное беспокойство.

— Прости, прости меня, — лепетала рядом девушка со странным именем. — Я не хотела, даже не думала, что… что… Да что это вообще было?!

— Забытое воспоминание, — пробормотала Мейбл, наконец найдя в себе силы говорить. — Запрещенное.

Коснувшись обожженной пощечиной щеки, она посмотрела на свои пальцы с остатками слез на них. Вот уже тринадцать лет Мейбл не плакала. И не помнила…

— Кто ты такая? — задала она вопрос, посмотрев в огромные голубые глаза Аделины Соломинки.

— Как ты смогла снять с меня верловскую печать? И почему между вами с господином Растифором связь? Вы супруги?

Глаза Аделины стали еще больше. Развернувшись к хозяину дома, она задала единственный вопрос:

— Супруги?!

— Нет, — поморщившись, как от зубной боли, ответил он.

— Нет?! А ты уверен?! Это какое-то совсем неуверенное нет! — Голос девушки стал дрожать и срываться.

— Прекратить истерику! — попробовал остановить ее господин Растифор.

— Ну прости, что я не танцую от счастья! — всплеснула руками Аделина.

— Твоя ясновидящая сказала, что у нас связь! А я, на минуточку, из другого мира и не собираюсь здесь задерживаться!

— Я и не задерживаю, — парировал господин Растифор, — знаешь, где портал? Вперед.

— И вот с этим я умудрилась заиметь связь! — пожаловалась Аделина, обернувшись к Мейбл. — Нормально? Наверное, во всем вашем мире хуже не найти, но я-то везучая!

— Хватит, — холодно проговорил господин Растифор, — ты мешаешь мне думать!

— Ох, ну прости, что мешаю! — В пылу речи, она сдула упавшую на глаза прядь волос и принялась наступать на хозяина дома, сыпля обвинениями: — Вырвал меня из родного мира, напугал, обозвал непонятно как со своей вороной! Потом обманом притащил в свой дом…

— Почему это обманом? — совсем опешил преподаватель.

— Обещал накормить и согреть! — рявкнула Аделина, приподнимая серую мантию и показывая голые ступни с поджатыми пальцами. — Хорошо, хоть нечисть в доме приличную завел.