Нелепый случай

И ритуал нужно было провести с согласия, теперь она просто не поверит, что быть женой лучше, чем ученицей.

Выпускать из рук не хотелось, но воевать опять, когда она проснется тоже не хотелось. Надо немного подождать, усыпить ее бдительность, если на нее не действует драконье очарование, пробовать влюбить по-другому. Матео отнес ее в импровизированное ложе, не смог отказать себе в том, чтобы немного полежать рядом исследуя руками ее тело, когда еще представится такой случай. Потом почувствовал запах горелого и нехотя пошел снимать испорченную еду с огня.

Все-таки он влюбился, рассматривая умиротворенное лицо девушки думал Матео. Даже о Таис он вспоминает очень редко. Сердце исцелилось от этой боли. Он нагнулся и поцеловал теплые губы. Девушка в себя не пришла, но на поцелуй ответила, что — то простонала и повернулась на бок отрываясь от такого сладкого поцелуя. Матео смутился, красть поцелуй украдкой, недостойно его. Но телу было наплевать на муки совести, возбуждению было тесно в штанах, а руки сами тянулись к долгожданной добыче.

— Дима. — Прошептала девушка, а Матео словно поленом по голове ударили, она называет другое имя, где-то уже слышанное. Руки тут же перестали тянутся к девушке и сжались в кулаки. Матео запомнил это имя и мужчине не поздоровиться окажись он рядом, драконы свое не отдают.

***

Мне снилась битва. Страшная во множестве смертей и в тоже время красивая, в сверкании заклинаний и вспышек ритуальной магии. Незнакомые маги, атаковали большой неприступный замок. Они взрывали стены, которые сами собой восстанавливались.

Осыпали защищающихся огнем и льдом, но мелкие ранения не в счет той силе, которая на это потрачена.

Зато те, кто нападал теряли людей и магов. Искореженные, обугленные тела, разломанные артефакты, изорванные палатки лекарей, которые уже никого не вылечат. И над всем этим, дикий хохот. Великий, парит над всем этим безумием и смеётся. Тут в него влетает чье-то тело. Мелькают руки, у Андриана разбиты губы в кровь, а он все смеется, играючи, откидывает от себя беснующегося Диму и опять хохочет.

Даже во сне мне становится страшно. Я вижу, что предателю тяжело, он изранен и тяжело дышит, сил осталось совсем мало. И тогда я решаю помочь ему... Помочь тому, кто обрек на ужасную жизнь четырех подростков, но который сейчас старается хоть что-то исправить. Я хочу ему помочь и закричала:

— Дима!!!

Мой голос словно громовой раскат прокатился над битвой. На секунду показалось, что остановилось даже время.