Илартания. В объятиях сна

Я прижалась спиной к стене и выдохнула:

— Обязательно так пугать?

— Извините, — ни капли раскаяния в голосе, — ночью наблюдение ведётся в дезаминалюционном режиме.

— Это как? — я не надеялась на ответ, и его не было.

Мой охранник всего лишь поднял руку в перчатке, повернул её так, чтобы я заметила несколько сенсорных кнопок на внутренней стороне ладони и, нажав одну из них, слился с лестницей, на фоне которой стоял.

— Обалдеть! — Мой восторг ему польстил и, вернувшись в обычный режим, охранник номер один повторил свой вопрос.

— Я искала кухню, — призналась, ожидая насмешек, но их не последовало.

Он аккуратно обошёл меня и набрал что-то на обычной монолитной стене. Голубоватый всполох пробежал по всем её граням и стена растворилась, открывая путь.

— Спасибо.

Вообще, это мне мало помогло, потому что передо мной снова был коридор.

— Кухня налево, третья дверь по левой стороне, — опередил охранник все мои вопросы.

Собираясь выпить молока, я получила сверх того — на кухне оказался автомат какао и спустя несколько минут, довольная жизнью, при помощи охранника номер один я вернулась к лестнице, видимой с этой стороны.

Не спеша поднимаясь на свой этаж, в очередной раз спасибо моему провожатому за подсказки, я замешкалась, делая очередной глоток. И застыла.

Этой ночью меня ждали два потрясения. Первое — дверь в мои апартаменты через две двери на противоположной стене от комнат Воланда. Второе — Арания пришла к нему сама.

И я бы очень хотела ошибаться, но в ярком свете, льющемся из открытой двери его комнаты, это оказалось невозможно.

Слова не различались, но по её многообещающей полуулыбке можно было догадаться о многом и без них.

Не дыша, я наблюдала как она медленно проводит тонкими пальцами по его руке до плеча и подходит ближе. Всё, о чём я могла думать в этот момент было: «Не поддавайся!», отчаянная мольба девушки, которая не сможет простить. И это помогло! Он убрал её ладонь и ответил, насмешливо улыбаясь, и я была счастлива ровно пять секунд — ровно столько ей потребовалось, чтобы приблизиться ещё на полшага и вдохнуть почти в губы всего четыре слова.

Чтобы, спустя мгновение раздумий, он посторонился, пропуская её внутрь.

Дверь закрылась, снова погружая коридор в темноту.

Я не заметила как стакан вылетел из ослабевших пальцев и как его поймал мой самый вежливый охранник. Не помнила как дошла до своей двери и рухнула на постель. Но никогда не забуду как всю ночь лежала с открытыми глазами, из которых катились горькие слёзы.