Илартания. В объятиях сна

Спустя полчаса я поняла, что верховая езда это очень страшно, невероятно сложно и чрезвычайно захватывающе, но когда он подъехал ко мне снова предлагая присоединиться, я всё же благоразумно отказалась — лошади очень красивые животные, но добровольно кататься на них я не хочу.

За эти дни у меня создалось ощущение, что Воланд поставил себе целью организовать для меня развлекательную программу и каждый раз удивлял новыми возможностями президентского дворца. Но каждый вечер заканчивался так же, как и первый — мы ужинали и разговаривали, кажется, обо всём на свете, но время шло, через два дня мне нужно было вернуться в институт и я решила задать беспокоящий меня вопрос:

— Вы выяснили что такого опасного я могла увидеть или услышать в Эркахалоне?

Воланд молчал несколько минут и я уже собиралась повторить, как он ответил:

— Зачем тебе это, Триш?

— Странный вопрос для человека, которого из-за этого хотели убить.

И сейчас у тебя такое лицо, словно я главный злодей в этой истории…

— Не говори ерунды, — он встал и прошёлся до окна, — просто мне неприятно об этом вспоминать и, тем более, портить хороший вечер.

— А тебе не кажется, что я имею право знать что произошло? — Странно, что он этого не понимает. — Или ты не планировал посвящать меня в итоги расследования? —По бесстрастному выражению его лица я поняла что оно так и есть.

— Это политика, — пожал плечами он, — и поверь, оказавшись в неё втянутой, ты об этом пожалеешь.

— Воланд, я безвылазно сижу в президентском дворце под охраной уже три недели! Я сессию из-за этого сдавала отсюда! И по-моему я уже втянута во всё это по самые уши с того самого вечера в Эркахалоне! — Вряд ли я смогу прожечь его взглядом, но попробовать стоило.

С каждой секундой молчания во мне всё больше крепла уверенность, что сегодня мы поругаемся, но он снова меня удивил.

— Ну. раз ты так считаешь… — Воланд хмыкнул и присел на подоконник, скрестив на груди руки. — Тебе не повезло оказаться в неудачное время в неудачном месте. В тот момент, когда ты на лестнице высматривала своих подруг.

— Он выжидающе смотрел на меня, но я уверена, что не видела ничего такого. — Ты вряд ли осознала, что видела в углу под лестницей двух разговаривающих мужчин, а вот они твой прямой взгляд запомнили и посчитали тебя угрозой. Даже притом, что одного из них ты никогда в жизни не видела, а второго не вспомнишь.

Я много кого видела за те несколько минут, но кроме мужчины, которому первому перерезали горло, я вряд ли кого-то запомнила.