День Смерти

Мы уже ловили меньше враждебных взглядов и больше безразличных. А мы тут уже почти три недели. Думаю к концу года они станут минимальными.

Всё это время я общалась с Симусом как просто с другом, и каждый раз вздрагивала когда он косался моей руки, и пытался сплести наши пальцы. Мне стоило больших усилий что бы не податься ему. Я хорошо запомнила его слова что он лишь хочет со мной переспать, но очень хочется опять оказаться в его объятьях.

Сегодня после тренировки я нашла под дверь записку.

«Нужно поговорить, приходи.

Симус.»

Я долго не решалась придти. Но Валес сказал что может быть что-то срочное.

Он жил в соседнем общежитии, и найдя его комнату я постучала. Дверь мне открыл Тирис и с улыбкой пропусти внутрь. На диване расположились обнимающиеся Мира с Ноксом, рядом с бутылкой в руках ютился на самом краю Тормин. Одно кресло пустовало, во втором сидел Лиам.

– Пьёте и без меня? - Я сузила глаза. Мира оторвалась от спора с Тормином.

– Мы Валеса отправили за тобой, он сказал ты не будешь.

– Вот блоха мохнатая.

– Не обижайся. Держи. - Тирис приобнял меня и протянул бутылку.

Я сделала несколько глотков и почувствовала расслабление в мышцах, и приятное тепло в желудке. И уже забыла за чем пришла. Вечер мы провели весело, я не напилась конечно, но и трезвой меня было сложно назвать. Когда мы уже собрались расходится, в дверь забарабанили. Мы переглянулись и Тирис пошёл открывать.

Запыхавшийся парень ввалился в комнату.

– Староста некромантов, кто? - Еле выговорил парень.

Мы переглянулись.

– А что случилось? - Спросил Нокс.

– Там вашего декана привезли, он в лазарете… - Я выпрыгнула из кресла.

– Где лазарет? Быстро!

– За мной, вчера туда парня уносил. - Сказал Нокс и побежал вперёд меня, я за ним.

Мы добежали до главного корпуса и свернули налево, я ни разу не была в этой части территории. Забежали мы и сразу наткнулись на женщину. Она взирала на нас строго и с превосходством в глазах.

– Что вам надо?

– Сказали наш декан здесь.

– По коридору и на право, первая дверь…

Мы вбежали в палату чуть не снеся дверь.

Полукругом возле кровати стояли преподаватели, наш ректор и несколько врачей. А на койке с перебинтованным торсом и множеством мелких царапин лежал Дэй. Он бледный. Очень бледный, и дыхания не видно. Внутри меня всё похолодело, в носу защипало и на глаза навернулись слёзы.

Я услышала его свистящее дыхание, и не смогла сдержать всхлипа. Сев рядом на кровать я взяла его руку, она была просто ледяной.