Верните меня на кладбище!

И что тогда, прятаться неделями на кладбище? Это не жизнь и не смерть, а недоразумение какое-то! Тут ей подумалось, что тюрьма тоже может оказаться недожизнью. Мелкие дела разбирались без присутствия обвиняемого, Кару бы заперли в камере на несколько месяцев. Да за это время некромант трижды сбежит из города! А если увидят ее лицо? О, тогда ее вовсе не выпустят, забудут, и Кара умрет от голода. Нет и нет никаких пыток и мук! «А вдруг я и после них не умру? — закралась шальная мысль. — Вдруг там что-то повредилось, и без ритуала не вернуться за Грань?» Тогда тюрьма и вовсе превращалась в бессмертие в четырех стенах.

— Через дверь вы не могли войти? — сокрушенно поинтересовался мастер Зан.

Он немного успокоился, остыл и задумался о насущных делах. Если завьюжит, товар придется выбрасывать, не выдержит хрупкая кожа натиска зимы.

— Не могла, — покачала головой Кара, — срочно требовались туфли.

Она приподняла юбку и показала голые ноги в щегольской обновке.

— Откуда вы только взялись на мою голову?! — продолжал вздыхать сапожник.

Прилично одета, складно говорит, в моде разбирается — выбрала ведь не самую дорогую модель, а самую элегантную, — и взломала лавку. Может, она сумасшедшая? Час от часу не легче! Ну, конечно, сумасшедшая, вышла из дома без пальто. И почему нагрянула именно к нему, чем только мастер Зан прогневал небеса? Теперь еще искать родных, возвращать беглянку.

— С кладбища, — простодушно ответила Кара.

Казалось, даже часы на башне муниципалитета ненадолго остановились.

Аркебуза выпала из рук солдата и таки совершила главную свою миссию — отдавила ему ногу. Несчастный завыл и, матерясь, запрыгал по лавке. Его товарищ посмурнел и потянулся за мушкетом. Мастер Зан тоже нехорошо подобрался, будто раздумывая, чем запустить в нахальную нежить.

— Я пошутила, — женщина попыталась сгладить впечатление от неосторожных слов. — Мы живем неподалеку от кладбища, вот и привыкла говорить, что с погоста.

Обувщик выдохнул, солдат сплюнул и засунул оружие за пояс.

— Вас, наверное, проводить нужно, дамочка, заодно деньги стребовать. Сколько тут? — Служивый покосился на владельца магазина. — Или таки в участок ее?

— Не надо в участок, — вздохнул мастер, окончательно смирившись с дурным началом воскресного дня. — Тринадцать золотых, вы же слышали.

— Ну и нам за труды. — Солдат занимался откровенным вымогательством. — Зря потревожили, от дел отвлекли.

Владелец обреченно достал из кармана кошелек.