Цвет Меда

Слезы хлынули из ее глаз, рот открывался и закрывался как у рыбы, руки щупали тело отца, а потом пришла пустота. Маруся помнила все. Как кричала мама, кляня судьбу. Она помнила сбивчивые рассказы слуг и Яна, как все это произошло. Лошадь, галоп, упал, ударился. Все. Потом была суета, похороны последний взгляд, последние слова, все последнее. Слезы. И вот теперь стол в их гостиной и очередной эпос о ее отце. Глаза болели от слез или от черноты, которая ее окружала. Боль навсегда поселилась в ее сердце и зря говорят, что время лечит, они врут не одно лекарство в мире даже такое сильное как время не сможет исцелить ее душу.

Но может она ошибается. Слезы опять покатились из ее глаз. Ян не оставлял ее, чему она была благодарна. Мама была под присмотром врача и многочисленных служанок, которые не отходили от нее. Ян не оставлял Марусю не на минуту, он следовал за ней везде, боясь за ее самочувствие. Безмолвная она ходила по дому, не понимая до конца, что произошло. Она на долго запиралась в кабинете отца, а иногда он находил ее плачущую на могиле. Время шло, а для обитателей их дома оно просто тянулось. Маруся выпала из этого времени. Тогда, когда она сидела одна в комнате у нее был призрак, а теперь она сама стала призраком. Несколько раз мама пыталась поговорить с ней, но Маруся не слышала ее. Маруся была в трауре.

Странно, как люди первый раз приходят в церковь. Всех их ведет печаль и только редких в церковь приводит радость. Так и Маруся пришла в церковь только потому, что ей надо было, куда-то идти.

Слуги и соседи шарахались от безликого существа, бесцельно бродившего по окрестным дворам. И как-то само собой ноги ее завели в деревянный дом с колокольней. Раньше Маруся ходила туда, когда была маленькой, бабушка водила ее в выходные и рассказывала ей о Боге. Для Маруси все ее рассказы были одной большой сказкой о добре и зле. Она с упованием слушала бабушку и послушно повторяла за ней стихи. Но потом Маруся уехала учиться, а зимой бабушки не стало. Весть о ее кончине потрясла маленькую девочку, но одно Маруся помнила точно, что не плакала и не грустила, она знала, что бабушка ушла в сказку. Но время стерло из памяти эти сказки. И вот теперь она стояла в церкви и смотрела на иконы. Было тепло и уютно, а главное ее здесь никто не трогал, лишь изредка приходили люди о чем-то разговаривали с батюшкой и уходили. Церковь стала для нее пристанищем. А батюшка целителем, который пытался излечить ее душу.