Серебряная уточка

Потом исчезло всё, будто и не было ни листьев изумрудных, ни серебра, ни крылатых служанок Нюйрикки.

Тихо говорит тогда Вейно:

–Больно ладно всё идёт, знать бы, что и дальше так будет.

Как хотелось в тот миг Айне сказать Вейно о чём поведали ей духи! Какой тяжестью стало в тот миг её безмолвие!

–Чувствую, и ты, друг мой невидимый, волнуешься, жаль, что поговорить мы с тобой не можем как люди друг с другом беседы ведут, может, утешились бы оба.

Идёт они дальше. Тропа перед ними по волшебству открывается, деревья будто расступаются на пути.

Вышли к болоту. Вот стоят камыши сухие, вот аист, несчастная птица, лежит недвижим. Ноги его стройные вмёрзли в лёд. Смотрит на него Айна, а сердце так и заходится. Могла бы заплакать –заплакала бы.

Идут они дальше и тут прямо на глазах, будто бы из воздуха появился дворец на сваях над промёрзшими кочками. Точно заморский какой зодчий его придумывал. Весь он сияет, точно солнечный свет, врата золотые. Понимает Айна, что диво это видит и Вейно, но главное утаилось от его глаз.

Стоит на крыльце старик. Борода его зелена, а одежды богаты. Железный венец на волосах седых его.

Вновь встал Вейно на колени поспешно. Вновь поёт волшебные слова. Просит Тапио, самого отца духов лесных помочь ему в беде. Не весел старик, Айна видит это. Вытащил Вейно серебро и мёд, выложил перед крыльцом волшебного дворца, да ничего не происходит. Не забирает подарки вода, не уносят птицы…

–На что дары ваши, если не смогу я помочь.

Жена мая Мьеликки лишь способна великана Хииси уговорить принять дары от смертных, но сейчас она не может вымолвить и словечка. Возьму, как дети мои, подарки прекрасные – да ничего взамен не отдам? Нет, не такой Тапио, господин ельника священного.

–Добрый господин,– взмолилась тогда Айна, – помоги нам, прошу. Может сможем мы уговорить Мьеликки, укажи, где искать супругу твою, если нет её подле тебя.

–Не в уговорах тут дело, девица, – тяжело сказал он, – проходил в наших местах калев сын, да захотел пройти через лес, без благословения.

Жена моя препятствовать ему решила, как и прежде бывало, да не по силам ей то оказалось. Знал незнакомец слова заветные, да силы такой, какой только боги обладали. Заговорил сеть рыбацкую, накинул на госпожу лесную, да та и уснула сном страшным. Никто из нас, жителей леса, снять сетку эту с доброй хозяйки не может. Потому и не сможет она помочь, а не по собственному хотению.