Смерть за левым плечом

Старенький лекарь с Королевской площади написал письмо своему другу, живущему в южном городе, куда переехала семья малышки. Теперь он частенько их навещает с кувшинчиком холодного вина и сладостями для детей. Разговаривает с Эстель, приносит ей книжки и разноцветные палочки мела для аспидной доски. Кривясь, Эстель пьет микстуры и докторус обещает взять девочку к себе в помощницы, если она поправится.

Медленно, очень медленно, но Эстель поправляется, вчера вот уже играла с братом, а сегодня снова лежит без сил.

Ну ничего, ничего, не надо плакать! Калеб скоро придет, пора готовить ужин.

Тарис

Через два года после чудесного выздоровления принц был официально представлен двору.

Так как, по мнению многих, ранее, он находился на излечении, а потом на обучении, то теперь протоколом было предусмотрено официальное представление членов двора. Его Королевскому Высочеству предстояло получить некоторые специфические регалии, а также принять участие в торжествах, по поводу возвращения наследника в столицу.

За эти два года король так и не навестил сына, но продолжал получать ежедневные доклады о его успехах. Примерно через месяц после доклада лекаря, когда выздоровление принца стало несомненным, Его Величество направил в малый дворец личного советника по внешней политике мэтра Ливорно.

Мэтр многие годы служил в дипломатическом корпусе и имел за плечами немало политических баталий. Попутно он выслужил дворянство, даже баронство, причем мог передать титул по наследству, но предпочитал по старинке именоваться «мэтром».

Этот немолодой уже человек всюду ходил в строгом черном камзоле с серебряным шитьем и предлагал желающим понюхать заморскую траву из изящной серебряной шкатулки. При дворе находилось немало оболтусов, желающих пошутить над забавным старичком. Только вот мэтр Ливорно в свое время слыл лучшим острословом двора, да и мечом владел весьма хорошо, так что спуску нахалам не давал.

Принц благосклонно принял наставника и выделил в своем плотном расписании время для бесед - обсуждений внешней и внутренней политики королевства.

Мэтр, в свою очередь пораженный наблюдательностью и аналитическими способностями принца, при личной встрече убеждал короля непременно использовать таланты принца. Понемногу вводить его в игры на политической арене.

Король отмалчивался, зато к совету прислушалась королева-мать: однажды серым дождливым днем в малый дворец прибыла высокая сухопарая дама очень строгой наружности.