Леди попаданка

Ни мага, ни целителя поблизости не оказалось и папенька, вернее барон Лин Ле-Морте, подхватив умирающую дочку на руки, побежал с ней в часовню. Там, возложив практически бездыханное тельце на алтарь, он взмолился богам обещая принять любую их волю.

Обычно, инициация магически одаренных происходит после первого совершеннолетия, когда молодые люди достигают восемнадцати лет. И человек сам выбирает: будет он пытаться пробуждать силу или нет... Но за Валент это сделал родной отец и Богиня Смерти снизошла к его просьбам.

Она исцелила девочку вдохнув в нее свою магию...

Темная дымка впиталась в изломанное тело, а когда ставшая темным магом Валент распахнула глаза, то Альма — женщина, которая ее родила, не смогла обнять свое дитя...

Боги, что говорить о матери? Валент сама себя не приняла... Девочка, глядя на окутавший ее руки темно-синий огонь, упала в обморок...

Пока был жив отец, то он своею волей заставлял дочь учиться использовать магию переступая через свое неприятие.

Однако папенька не знал, что на занятиях со старым храмовником девочка затыкала уши руками и зажмуривала глаза, чтобы ничего не видеть и не слышать. Валент не понимала, кому могло быть приятно то, что перед ним наставник размещает трупики мышей или лягушек. Девочка честно старалась... Но у нее не получилось...

Те несколько занятий на которых не было такого наглядного пособия, или где с нею вместе присутствовал кто-то из родителей, естественно, не дали практически никаких знаний юной баронессе.

Когда несколько месяцев назад, уже прибывая на смертном одре, этот сильный мужчина обратился к ней с просьбой облегчить страдания и отправить его в покои Богини-заступницы, у Валент-Лины не получилось переступить через страх и отвращение к тем силам, которые когда-то по его просьбе пришли к ней...

Она убежала тогда, еще не осознавая, что произойдет дальше...

А дальше покатилась молва, что и род, и замок, и само баронство, теперь, принадлежит Богине Смерти.

Но юная баронесса считала, что отец заслужил наказание тем своим давним решением, ведь барон Лин Ле-Морте перечеркнул будущее и своей жены, и своей дочери.

Во-первых — вдова не смогла принять баронство, потому что в семье был магически одаренный наследник.