С вещами на выход

Ну, давайте, давайте это вы спасли! - девочка молитвенно сложила ладошки и жалобно посмотрела на Рози. - Это ведь так современно, настоящие женщины, которые могут быть не только жертвами, но и спасительницами! - Милая Адда, мы, конечно, ныряли, и даже выбрались из пещеры, но спасли нас войска, полиция и господин Ретхонкорван лично, - не согласилась быть героиней Рози, - а мы всего лишь спешили за помощью. - А как же активная жизненная позиция, равноправие, - совершенно убитым голосом прошептала Адда. - Совершенно равноправно, с активной жизненной позицией, госпожа Элиэль задумала это преступление.

Так что женщины могут быть не только жертвами, но и злодейками. Может, вам стоит взять интервью у нее? - съехидничала Сюзи. - Что вы, ее знаете, в какой камере держат, мне туда не пробиться, - с грустью призналась корреспондентка, - а еще ей заклинанием все волосы сожгли, и она теперь лысая. Ясно, что она не захочет со мной говорить. А правда, что у нее было два любовника? - Я не могу это утверждать однозначно. .. но мне кажется, что их связывали близкие отношения. - А правда, что они были любовниками не только ей, но и друг другу? - Рози и Сюзи молча переглянулись, Хель взяла в руки тетрадь. - Нет, вы знаете, такая пикантная деталь, она точно даст тираж... Дверь открылась, и в палату вошел Фириллианнес Ретхонкорван. Под его взглядом корреспондентка замолчала, суетливо спрятала блокнотик за спину и осторожно, мимо эльфа, боком выскочила за дверь, и уже оттуда проскрипела неразборчиво: "Досвиданя". - Позволите? - эльф присел на единственный стул в палате. - Да, конечно, - прошелестела Рози, и натянула одеяло до самой шеи. - Как вы себя чувствуете? - Замечательно. А вы? - И я замечательно, - на этом вежливый разговор завял, Фириллианнес смотрел на Рози, Рози, замерев, смотрела на него. Сюзи не выдержала: - Что с генералом? - А, все нормально, нога сломана, - не отрывая глаз от Рози, произнес эльф. - Что?! Как сломана! - Не волнуйтесь, это просто трещина. Все в порядке, Лавирель уже все зарастил, просто ему некоторое время стоит поберечь ногу. И день нельзя вставать. - А шериф? - спросила Хель. - У Чорре магическое истощение. Да и не только магическое, все же последние недели был очень напряженными. Лавирель его усыпил, сказал, что за трое суток сна он полностью восстановится. - А вы? - повторила Рози. - Как вы? - Замечательно... А... А эта корреспондентка, она вам досаждала? - Нет, что вы.