С вещами на выход

Рози молчала. - Нам пишет, кто нам пишет, - Сюзи зашуршала записочкой, - О! Нам пишет мадам Жильберта... восхищаюсь... поддерживаю... горжусь... нет, какая язва! Слушайте: 'надеюсь, что это ужасное происшествие отвратит порядочных женщин от посещения сомнительных заведений'... вот зараза! - А у меня госпожа Крамбх, - развернула записку Хель, - благодарит за спасение. Как многословно... интересно, а почему на нее не подействовало снотворное? - Я думаю, что спиртное на нее подействовало раньше.

От Кая записка. Желает выздоровления. Дедушка очень рад, что уехал из Гренода вовремя, а то его бы точно в эту историю заодно втянули. - От управляющего 'Трех Клюшек' ... ни о чем, а вот... Надеемся на дальнейшее сотрудничество. Какое у нас может быть сотрудничество? Рози развернула записочку. - От Литы. Она дала согласие выйти замуж за Альфу. - Ха, дала согласие! Как только этот блохастик понял, что она может погибнуть, то у него крыша съехала! Пусть пишет честно, не смогла отбиться, - хихикнула Сюзи. - Хотела нас навестить, но не успевает, она уезжает. Сегодня уезжают, завтра будут в столице, и там же у них будет бракосочетание. Шестнадцатого храм, а само торжество уже в клане, - Рози еще раз посмотрела на записку, - уезжает сегодня... А сегодня какое? - Четырнадцатое, а что? - Черт! - Рози вскочила с кровати, заметалась по палате, вытащила из-за тумбочки сумочку, вытряхнула ее содержимое на кровать, стала лихорадочно копаться в горке мелочи, выудила со дна сложенный вчетверо листочек и заорала: - Быстро! Одеваемся! Через три часа у нас поезд!Фирменный столичный поезд фыркнул, дернулся, и остановился у станции Корейг. Около крошечного перрона поместилась только его голова, длинный хвост растянулся далеко за станцию, а самый последний вагон замер рядом с пригородным садом. Тильда открыла дверцу, опустила лесенку, и в нерешительности затопталась на нижней ступеньке, примериваясь. Наконец она собралась с духом и спрыгнула вниз. Каблуки туфелек полностью увязли в гравийной отсыпке, Тильда пошатнулась, схватилась за лесенку, но устояла. Конечно, если б не начальник поезда, который на каждой станции проверял работу проводников, Тильда не спускалась бы, все равно никогда на этой станции в ее вагон никто не садился, но начальник отличался совершенно гномьей придирчивостью и эльфийской злопамятностью.