Укротитель для королевы

Острые взгляды кинжалами вонзались в спину: все знали, какая судьба ее ждет. Пускай! Никого из тех, кто стоял сейчас в королевской спальне, на коронацию Каролины не явятся. Они жестоко поплатятся за пренебрежение.

Каролина остановилась у окна и приложила руку к груди.

Странное чувство, щемящее. Внутри очень холодно, будто кто-то вскрыл ножом грудную клетку и вынул сердце.

Наверное, нужно заплакать, но она не могла: лицо окаменело.

Побелевшие пальцы тяжело легли на подоконник.

Каролина опустила ресницы. Когда глаза ее вновь открылись, на коже дрожала одна единственная слезинка.

Глубоко вздохнув, принцесса подняла голову, расправила плечи.

Морозный воздух ворвался в комнату через распахнутое настежь окно, унося из нее запах смерти. Снежинки кружились над телом Талии, отдавая последнюю дань своей повелительнице.

Каролина улыбнулась, ощутив прикосновения ветра. Он играл с тяжелыми портьерами, вздымал кверху юбки дам, то гасил, то вновь зажигал свечи. Маме бы понравилось.

Окно несколько раз пробовали закрыть, но принцесса никого не подпускала.

Загородив его спиной, она развела руки. Ветер просачивался сквозь ее пальцы, образовав два воздушных потока. Соединившись над кроватью, они бережно подхватили Талию, подняли тело к потолку. Придворные испуганно ахнули.

— Немедленно прекрати!

Лицо Квентина побагровело. Наконец-то он выдал себя.

— Ты даже не удосужился устроить матери нормальные похороны, — резко ответила Каролина и опустила руки. – Смотри, я ничего не делаю, никакой магии.

Я всего лишь отдала маму во власть стихии, которой она управляла. Дай им попрощаться, еще успеешь усыпить всех скорбными речами.

— Я сказал: хватит!

Принц взмахнул рукой, и тело Талии медленно спланировало обратно. Ветер отхлынул к окну, на прощание разметав волосы Каролины.

— Мы еще встретимся! – шепнула она и, предупредив движение слуги, сама задвинула шпингалет.

Мелькнули и скрылись из виду черные юбки. Больше принцессу здесь ничего не удерживало.

Глава 2

— Они собираются выдать вас замуж, — встревоженно сообщил Арчибальд.

Фонарь в его руке мерцал, отбрасывая косую тень на стену лаборатории.

— Знаю.

Подобрав под себя босые ноги, Каролина сидела за освобожденном от склянок столом и писала письма. Много писем. Все скреплены печатью с волчьей головой.

— И вы ничего не собираетесь предпринять?

Арчибальд поставил фонарь на пол и приблизился. Со спины принцесса напоминала лесного духа, только цветочного венка на голове не хватало.