Ойса

Воздух вокруг нее тут же загудел, пригнул придорожную траву, сорвал листву с ближайших деревьев, перепугал сонных кур, примостившихся на заборе.

Чувствуя себя опустошённой и несчастной, Ойса, кривясь от боли, побрела домой, надеясь, что Шутиха не станет вновь запирать ее в избе до первых холодов.

Старухи дома не оказалось, Ойса обрадовалась, что не придется слушать ее ворчание и ловить на себе косые взгляды.

Похлебав зеленых щей, она прибралась в избе, оправила бабкину и свою постели, а после, подхватив домотканый половик вышла на улицу, стряхнуть пыль.

Найден сидел на колоде и что-то вытачивал из деревяшки. Светлые стружки одна за другой падали к его ногам, и видно было, что сидит он тут уж прилично.

Ойса, нахмурившись, прошла мимо милого друга и, накинув половик на забор, подняла ветку, чтоб выбить пыль.

Найден молчал, молчала и Ойса, но в каждый удар по половику, она вкладывала всю душу, точно не пыль выбивает из тряпки, а дух из Найдена.

- Прости меня, - первым сдался Найден, - прости, что озлился на тебя в лесу, и что не уберег, тоже прости.

- Да что ж тут такого? – наигранно удивилась Ойса, помахивая прутом. – Я к тебе с благодарностью пришла, а ты меня разве что не за ушко да на солнышко из леса поволок!

- Разве ты не понимаешь? – рассердился Найден, - я чуял, что родные едут, да и ты волчий вой слыхала.

- Ну, едут, что тут с того? – Ойса дернула плечами, - или батюшке своему такую как я и показать срамно? Сиротинка пришлая да убогая.

- Мое это имя, - огрызнулся друг, - и не отец он мне родной, а дядька. Как матушка утопилась, так он и взял в дом.

- У кого ж ты тогда жил пока отец уезжал? И почему ты с ними не поехал?

- Долгая история, - отмахнулся Найден, - долгая, да не весёлая.

- Ну знаешь, друг сердечный, раз уж бабка меня от твоей семьи прятала, - начала Ойса и, заметив, как вскинулся Найден, погрозила прутом, не прерывай мол, - значит можно мне твою историю знать.

- Как хочешь, - Найден запустил пальцы в волосы, почесал маковку, точно решая с чего начать, но все же молвил, - в нашей семье дочери редкость, все чаще парни рождаются. И все же так вышло, что появилась на свет моя матушка. Говорят, особенной была, доброй, кроткой, не то что другие дети, спесивые да оголтелые. Дядька мой, Могута стало быть, очень ее любил, он сам мне об этом сказывал.