Кристальная душа

- Граф, будучи всё более обескураженным, указал вилкой с насаженной на неё оливкой в сторону маленького ящичка на двери. – Если вы миссис Карстон, то оно для вас. Если хотите, можете посмотреть перед тем, как поедите…

- Вашего разрешения я не спрашивала, – коротко отрезала Джен и, мигом взяв в руки протянутое служанкой письмо, вскрыла его, а затем жадно прочла, глотая строчки одну за другой; весело воскликнула: - наконец-то они вскрыли материалы! Граф, спасибо вам за то, что приютили, но мне пора. Данные по трупу пришли.

Карету мне подайте…

Ния выронила очередную ложку варенья, и та со звоном упала на пол. Лайма заметно побледнела, а затем обратилась напрямую к Джен, которая уже взяла со стола хлеб с маслом и жевала, не садясь.

- Трупу?.. Кто же вы такая, миссис Карстон, неужели инквизитор?

Когда Джен равнодушно пожала плечами, подтверждая догадку графини, та ахнула и, потеряв равновесие, упала со стула.

Спустя пятнадцать минут небольшая карета уже была запряжена, а Джен - готова. Она переоделась в свою свежевыстиранную одежду: несколько кофт, платье и шаперон.

На улице стремительно холодало, и девушка не хотела простудиться вновь.

Голова болела нещадно, боль пульсировала. Так бывало с Джен всегда, когда она пыталась прогнать из своей головы второй голос. Из-за боли и головокружения Джен плохо ориентировалась в пространстве, и поэтому граф Латентес М'ортем помогал ей забраться внутрь кареты. Конечно, он помогал бы Джен и в случае её доброго здравия, но сейчас граф был особенно осторожен и нежен.

В Джен он видел свою дочь, и отцовское чувство не давало ему спокойно отпустить гостью, даже учитывая, что она была с ним груба. Тем не менее, Джен была обязана уехать. Она поняла, кого ищут и, если хоть немного помедлить, не найдут никогда.

До центра города, где располагалась резиденция Кроу, ехать было долго, и Джен решила, невзирая на жуткую боль от любой мысли, разбирать бумаги из досье. На последних страницах была приведена краткая сводка о личности погибшего. Как Джен ни пыталась не читать сводку, она всё равно сделала это, заранее зная, что ни к чему хорошему это не приведёт.

Многая информация отсутствовала, стояли прочерки — это было нормально. Сложно что-то понять, имея только группу клеток полуразложившегося трупа. Но было имя. Была фамилия. Был приблизительный возраст. Любопытные для инквизитора данные.

Возница сидел вне кареты, и, соответственно, не видел и не слышал Джен, что было той на руку. Она плакала.

Утопленника звали Карстон.