Чары некромантки

А там останется подождать, пока зарастет порез, и мы тронемся в путь.

– Фей, – услышала Харидан, – оставь… Фей.

Слезы потоком текли по щекам, я со злостью их стирала и продолжала искать мазь. Наконец в руках оказалась нужная стеклянная баночка.

– Бабушка, потерпи, сейчас я тебе помогу.

– Нет… слишком много… я отдала лет... жизни ведьмовской магии… за перемещение, – бабуля закашляла, и появилась кровавая пена изо рта. – Черные Болота… ступай.

Харидан вдруг сильно захрипела, выдохнула и… замерла. Я не сразу поняла, что это было все.

Сделала, как хотела: вырвала нож из бабушкиной груди и приложила повязку с целебной мазью. И ждала, ждала чуда. Вот сейчас бабуля откроет глаза и скажет: «Ты что расселась, Фей? Пора в путь». Но время шло, Харидан продолжала лежать без движения.

Осознание ее смерти пришло, когда взглянула на бабушку магическим зрением. Некроэнергия зависла над головой мертвого тела, рассеивая лучами темноту. По привычке потянулась к карману куртки, чтобы достать пробирку.

Несколько секунд – и сопротивляющаяся Некрочка была поймана. Потом я двигалась, как кукла. Заводная. Однажды я видела такую в одном городе. Продавец завел механизм, и игрушка пошла, высоко поднимая ноги, двигая руками, качая головой. Зрелище настолько поразило, что Харидан с трудом получилось увести меня из того магазина.

Сейчас я, как та кукла, механически двигалась, без единой мысли в голове. Перебрала обе сумки, в рюкзак убрала самое основное: целебную мазь, пробирки с Некрочками, сменную одежду, деньги, походную фляжку с зельем и медвежонка.

Остальное сложила вокруг тела бабушки. Харидан приучила всегда убирать за собой следы. Огонь в этом самый лучший помощник.

Слезы все еще текли по щекам, и я с трудом заставила себя прикрыть остекленевшие глаза Харидан.

– Прощай, – прошептала и подожгла магическим огнем тело единственного дорогого мне человека.

Во всем мире у меня никого не осталось. Я с трудом соображала, куда надо было идти и где находились эти Черные Болота.

Жгучая боль в сердце от потери не давала сосредоточиться, и я просто пошла прямо. Когда языки пламени потухли и остался только пепел, я была уже далеко.

*****

До самого рассвета, не разбирая дороги, шагала вперед. Внутри была пустота, черная, пугающая. А когда первые лучи солнца пронизали серое утро, пришла обжигающая ненависть к проклятым ищейкам, ловцам и защитникам. А еще к правителю наших земель – Альфреду Великому.