И целый мир Либрисов!

Потом понял, что не нравилось ему в облике любимой. Сакараш, что всегда парили за спиной сейчас лежали белым полотном на спине. Сехх сжал зубы так, что затрещала эмаль. Только не это! От ярости, казалось, появились силы. Еще одна горгона отвергнет его из–за избранника, это опять происходит с ним, сехх яростно зарычал.

– Вот видите, – сказал император, указывая на упавшего в солому обессиленного сехха. Даже в таком состоянии он пытается броситься на нас. Мужчина покачал головой, брезгливо отошел подальше от благоухающей молодой горгонки и отвернула в сторону стражников.

– Двери опять на засов, чтоб не выбрался, – уже пояснил регире, – знаете говорят сеххи могут превращаться в страшных монстров.

Региера мысленно фыркнула: «Кому ты это говоришь мальчик, –внимательно осмотрела избранника дочери, – ну хотя бы не урод.» Потом региера просканировала дочь. Немного обессилена, но в норме. Борется со своей природой, региера усмехнулась вспоминая, как приходилось самой воевать с физиологией горгон, но у нее был Нехта.

Арина немного сильней если до сих пор не бросилась на шею с поцелуями. И хорошо, что это молодой император, еще сильно молодой, усмехнулась, старый бы не пропустил мимо глаз изменения с горгоной.

– Вы должны следить за моралью своих подданных, – продолжал молвить император, ему казалось, что сейчас он мудр и хитёр, – ваша горгона ходила на свидания с этим сеххом и может быть они не просто гуляли. Нам от этих монстров нужно держаться подальше.

Региера удивленно посмотрела на дочь и перевела взгляд на сверкающего яростью глаза сехха.

«Вот как», - подумала она, все–таки зря я согласилась с Димом не следить за Ариной. Дать волю ребенку можно только под присмотром.

Региера покосилась на все еще болтающего истины молодого императора, с ним хорошо занимались, голос поставлен, региера хмыкнула. В последний раз кинула взгляд на сверлившего спину дочери сехха и покачала головой. Бедный Черин, опять он запал на горгону, которая встретила своего избранного.

Потом она подхватила под руку дочь, делясь с ней силой.

Ожерелье Майры упало к её ногам, а колодки с глухим стуком рассыпались в прах. И на удивленный взгляд императора пояснила:

– Терпеть не могу эти побрякушки и давно научилась от них избавляться. Должность Дитя Алорна обязывает, так сказать.

Дочь безвольным кулем привалилась на мать и так они пошли на выход. Никто из стражников горгон, не бросился помогать своей региере, все прекрасно понимали, что сейчас лучше разозленную мать не трогать.