И целый мир Либрисов!

– Рине! – кричал все тот же голос, – если ты думаешь, что я так просто дам тебе жениться на другой, ошибаешься. Я выдеру все волосы твоей новоявль….ноловояв…– голос запнулся не совладав с заплетающимся языком, – я же только пару глотков сделала… – услышали гости обескураженный шепот.

Черин успел вовремя. Молодожены возле статуи повернулись посмотреть кто там кричит, на открытую дорожку вылезла с боем горгонка, её пытались задержать, чтобы не портить свадьбу, а с другой стороны, выскочил Черин задыхаясь от быстрого бега и бурливших чувств.

– Риана! – вскрикнул он

– Рине! – недовольно возопила пьяная Арина, – как ты посмел жениться на другой, ты мерзавец! – потом видимо, что–то до нее дошло, она посмотрела на застывшую пару молодых сеххов, которые вдруг схватились за руки и придвинулись к друг другу.

– Эммм, – промычала горгонка, – ты женишься?! – все–таки выдавила она из себя.

– Нет, не женюсь, – дрогнувшим голосом сказал Черин вглядываясь в любимые черты лица. Риана похудела и словно ожесточилась. Исчезла та невинная округлость, которая присуща молодым девицам.

– Ты женишься… – все еще не унималась горгонка, а сехх уже подскочил к ней и крепко обнял, – прекрати, – отбивалась Арина, – ты предатель, стоило только отпустить тебя с глаз, как ты уже женишься!

– Не отпускай, – прошептал в шевелящиеся саккараш Черин, – никуда не отпускай любимая.

Сеххи вокруг шептались, молодые все еще замершие возле статуи переглянулись, а потом не выдержали и стали целоваться, а Черин подхватив на руки свое счастье понес ее к статуе повелителя. Молодожены тут же уступили место и замерли рядом стараясь ничего не пропустить, не каждый день на твоих глазах происходит сказка, когда–ни будь они будут рассказывать своим детям, как женился первый повелитель сеххов.

Черин поставил Арину на ноги моментально очистил кровь горгоны от алкоголя и прошептал, заглядывая ей в глаза своими невероятными смерчами:

– Я Черин Некрус беру тебя в жены, клянусь любить вечно, быть с тобой и в радости, и в горе.

Арина, протрезвев в удивлении открыла широко глаза. В этом взгляде смешалось все, и злость, и желание, и любопытство, и конечно же любовь.