Ведьмы отряда Огненный Феникс

Затем приоткрылись, давая свободу острому языку, который робко огладил самый уголок вареника, проверяя температуру. Губы Одарённого вновь разошлись и наконец-то втянули в себя лакомство. Сок вишен окрасил его рот красным и сейчас походил на свежую кровь. Но Рэн лишь облизнулся с улыбкой. Ната подумала, что такая мягкая нежность на столь страшном лице выглядит… щемяще.

Отгоняя странные мысли, которые начали крутиться в голове, Ната с ненужной силой воткнула вилку в следующий вареник. Ведьма не заметила, как скормила чародею все, и миска с варениками опустела.

Она как дура проскребла вилкой по пустому дну, а потом, отложив прибор, посмотрела на мага. Лицо Рэна находилось всего в десятке сантиметров от её собственного. Оно выражало нечитаемую смесь чувств, среди которых Ната угадала лишь стыд и отвращение к себе. Нужно было успокоить чародея, но твердить набившую оскомину белиберду не было сил.

Ната взяла двумя пальцами скулы Рэна и, слегка наклонив голову, запечатлела на изрезанном шрамами лбу лёгкий поцелуй.

Эйра это всегда успокаивало, но теперь движение показалось Нате фальшивым до отвращения. Она снова приподняла лицо мага, на сей раз они оказались на одном уровне. Ната чувствовала горячее дыхание Рэна на своих щеках и знала, что её собственное дыхание касается губ чародея.

— Я бы хотела увидеть твои глаза, — прошептала ведьма и, лишь поняв, что сказала, медленно отстранилась.

Они некоторое время сидели молча. Маг вообще не отличался общительностью, а Ната отгородилась мыслями о делах насущных.

— Мне нужно отлучиться, — сказала она, — посидишь здесь?

Чародей кивнул. Ната вернулась в дом и торопливо обследовала помещения — она всё ещё боялась оставлять мага одного. Всё было в порядке. Заклятья матери бережно хранили комнаты в целости. Ната без труда вспомнила, где ванная, но долго искала котельную — и тут же поняла, что хитросплетение баков, труб и шестерёнок ни о чём ей не говорит. Она прикинула, сколько времени займёт кипятить воду для ванны в камине или на костре, и разочарованно прищёлкнула языком.

А ведь их было двое… Хорошо хоть на улице по-прежнему шёл дождь, и водосборники на крыше наверняка были полны.

Она вернулась в ванную и включила кран, позволяя дождевой воде пролиться на дно довольно большого керамического корыта. Потом зашла в спальню и расстегнула пузатую сумку с зельями, стоявшую на комоде. Провела пальцами по заткнутым деревянными пробками склянкам и бросила косой взгляд на конвертики с чистой пыльцой в боковом кармане.