Кровь сидов: волшебство любви

Кусты и деревья, казалось, сами расступались, давая всаднику дорогу, а после - смыкались за его спиной. Самому магистру приходилось продираться сквозь заросли там, где чувствовался легкий след ауры двоих теплокровных. Между тем ни плащ, ни, тем более, короткий вечерний камзол никак не соответствовали затеянной Далтоном погоне. Миновав первый десяток ярдов, Эйвери вывалился на небольшую прогалину и выругался, оглядев одежду: кружево на рукавах и воротнике было изодрано и свисало неопрятными лохмотьями, в плаще зияла дыра размером с хорошую тарелку, в вышивке камзола запутались обломанные мелкие ветки.

Теперь герцог выглядел как человек. которого не просто ограбили, но еще и долго пинали и валяли по земле.

- Вот теперь, - пробурчал магистр, - я верю, что меня действительно ограбили.

Далтон ожесточенно содрал с себя плащ, потерявший всякий вид, швырнул в кусты и направился дальше, выискивая следы юнца. Ярость затмевала все прочие чувства, включая обыкновенно присущую магистру осторожность.

Злость на самого себя нашла выход, обратившись на незадачливого грабителя, и теперь Эйвери было уже наплевать, сколько человек могут встретиться на пути. До рассвета герцог подождет... а дальше... Мужчина мрачно, предвкушающе улыбнулся.

Около получаса магистр двигался по темному лесу, только каким-то чудом не теряя след. Эйвери уже не был уверен, что находится на правильном пути, когда след вывел на круглую поляну и... потерялся.

Эйвери, не сдерживаясь, громко помянул Темных духов, Спасителя, Светлых серафимов, противоестественные отношения, связывающие весь небесный пантеон с пантеоном Темных и растерянно огляделся.

- Ну не привиделся же он мне в самом деле!

Призраком грабитель быть никак не мог. За время обучения в Чародейной Королевской Академии Эйвери насмотрелся на всяких призраков и не только. И упокоил тех на практикуме тоже достаточно. Ни один из виденных ранее призраков не требовал денег.

И уж точно ни один из них не смог бы удержать в руках револьвер, равно как и оставить "теплый" аурный след.

Так что гипотезу о бестелесном пришлось отбросить и получше осмотреться.

Поляна в поперечнике имела никак не менее десяти ярдов, густой подлесок окружал прогалину кольцом со всех сторон, исключая проход, через который проломился герцог. Никаких других признаков того, что здесь кто-либо проезжал или проходил, не было.