Два пути одного сердца

– Разве ты думала о чём-то плохом? Я вижу только тревогу за Семью и Дрея, – улыбнулся Лей и посмотрел на меня своими спокойными васильковыми глазами. – Мало кто, кроме Семьи, в курсе этой моей способности. Но именно поэтому скрытный и бесстрастный внешне отец избегал меня и держал на расстоянии задолго до полного разрыва наших отношений. В общем-то, прямо с детства я его совершенно и не знал, мы даже почти не виделись. Родителя мне заменил наш Сущий. Тиф Левис всегда старался любые вопросы с проницательным сыном решать через мать, послушную ему жену.

Я действительно не ведаю его замыслов, Элис. К сожалению или к счастью.

Дальше мне стало совсем неловко, потому что Лей добил мою совесть, кивнув на волшебную птичку, ласково и радостно щебетавшую на моей руке, подпевая аравису Дрея, севшему на плечо у самой шеи:

– Это мой.

Я посмотрела на арависа, на своё кольцо, рядом с которым он примостился, и ещё раз в невероятно синие глаза.

Да уж, Элис! Иногда стоит не громоздить мысли одну на другую, а немножко слушать сердце. Ведь в самую первую очередь я отметила при встрече именно эти необычные глаза и неуловимое сходство с Эйо.

Эйо... Сразу в голову прокралась новая догадка, ледяная и колючая – имя Эйо он… просто слышит в наших мыслях!

– Сущий много раз ворчал про тебя, что ты очень недоверчивая, – хмыкнул Лей. – Но ты ведь можешь просто спросить у него сама при следующей встрече, какой же смысл в обмане?

Действительно… Вот ведь я глупая! Я нахмурилась и потупилась.

– Прости!

– Ерунда, Элис. Ты растеряна. Много новых обстоятельств, а тут ещё вся эта неприятная история.

Да вот!.. Как раз, чем глубже я села в лужу, тем выше всегда вероятность услышать от Эйо именно «ерунда, Элис» …

Лей рассмеялся и позвал дальше, пятясь вглубь садика:

– Идём? Этажом ниже бывают слуги, но уже только в нашем сопровождении. А здесь никогда.

Ни слуг, ни гостей. Это исключительно семейная часть дома. Здесь Сущий не скрывается. Ну… если меня нет рядом, я для него в последние годы временное неудобство, а вообще у него здесь даже есть свои покои, – рассказывал он на ходу, обходя деревца.

– Ничего себе! И что же он в них делает?

– Никто не знает, комната не имеет входа.

За сливами, в торце удивительной весенней рощицы, показались высокие резные двери.