Настойка века. ЗЕВСограммы

Соловьём поёт душа,

Глаз горит при виде мани:

Жизнь уж больно хороша,

Если деньги есть в кармане.

Идёт где круто, где полого

Мой путь на край степей родных:

Хочу иметь я денег много,

Чтоб знать, что счастье-то не в них.

Когда монета есть – проснись

и пой,

Скачи от счастья, как казаклихой:

Большие деньги видит и слепой,

А шелест их услышит и глухой.

Делит шумная компания

Миллионы или тыщи,

Но опасны для купания

Неотмытые деньжищи.

К богатству путь тяжёл и крут,

И есть всегда потери:

На запах денег люди прут,

Но их не чуют звери.

Видят наличные – светится лик,

Нет – так и ходят с гримасой:

Лучший подарок для бабы —

мужик,

Трезвый и с денежной массой.

В мире нет ценнее ничего,

Чем за щедрость нашу гром

оваций:

Деньги существуют для того,

Чтоб охотно с ними расставаться.

Других у нас желаний нет,

Хоть на лице стыда пурпур:

Пусть жизнь идёт под звон монет

И под шуршание купюр!

Грезят все о финансовом чуде,

Любят преданно жёлтый металл:

И на маленьких гадостях люди

Могут сделать большой капитал.

Деньги и бабы

Вырастают алчности масштабы,

За редутом рушится редут:

Если деньги есть, то будут бабы,

Будут бабы – деньги пропадут.

Депутаты

В руки взявший державу злодей

Дело правит, поддельно любя:

Депутаты живут для людей,

Если выгода есть для себя.

Деревня

Я вам в сотый раз говорю,

Что в деревне все пашут бойко:

На молочной ферме зарю

Затмевает ручная дойка.

Держава

Овеяна всемирной славой

Седая наша старина:

Чтоб мощной стали мы

державой,

Должна подняться вся страна.

Дерьмо

Даже пусть грозит тюрьма

И ещё все раны в йоде,

Отмываться от дерьма

Любят люди при народе.

Смердит по-прежнему злодей,

Хоть плачет по нему тюрьма:

Дерьмо приятнее людей,

А люди пакостней дерьма.

Десантник

Был десантник мужем

У подруги Тани:

Пил он лишь из лужи,

Мылся лишь в фонтане.

Дети

Нет дороже их и краше,

Все они – в весёлой гамме:

Дети – это счастье наше

Вместе с нашими деньгами.

Мы ловко в дамки метим,

Попав в свои же сети.

Добро и счастье – детям!

А все мы чьи-то дети.

Так повелось уже на свете

Среди нахлебников-вредителей:

До самой пенсии все дети

Сидят на шее у родителей.