Страж света и тайная шкатулка

Именно мягкость здешнего климата явилась когда-то причиной того, что это место выбрали под академию. Летом тут максимум плюс 27, а зимой 10. Отлично для многих приезжих из разных климатических зон. И не холодно, и не жарко, и погода спокойная умеренная, что несказанно меня радует. Праздники здесь немного позже наших, в начале февраля, поэтому и каникулы позже, на целый месяц после недели турниров. Будет странно для Юры, что я не приехала хотя бы на пару дней. А на здешние каникулы я обещала съездить к Алексу в гости.

Так что я сейчас была очень занята, времени на поиски шкатулки совсем не было. Прихожу настолько уставшая, что меня хватает только на душ, быстрое занятие уроками и все, спать. И это при том, что сессия через полторы недели.

Со времени, как Ирду положили на лечение, прошло уже полтора месяца. Она очнулась через три недели, я тогда как раз к ней пришла и, увидев, что подруга, наконец-то, раскрыла глаза, очень обрадовалась. А потом меня объял ужас. Тит в это время вышел к лекарю.

Он итак не отходил от Ирды, мироведение у нас вела древняя старушка мадам Кулис. Она была немного странненькая и иногда бормотала себе под нос что-то нечленораздельное, но вполне мирная, если ты, конечно, ничего не натворил. Хотя я была рада, что она у нас временно.

Так вот, Тит вышел, а меня поразил ужас, и слова никак не хотели выходить при взгляде на глаза Ирды, они покрылись белой пеленой.

– Бель? – тихим осипшим голосом спросила подруга. – Что происходит? Я ничего не вижу, и такое состояние, будто проспала целую вечность.

Такой кошмар снился.

– Ирда, милая, не беспокойся, уже все хорошо, – обнимая подругу, стала тихо и ласково шептать слова утешения, а у самой слезы на глазах.

– Бель, что случилось? Почему я ничего не вижу, и не могу нормально говорить?

– Ир, мы разберемся, вот увидишь. Скажи, что последнее ты помнишь?

– Как ты ушла к Алексу за артефактами, а я легла спать из-за простуды. Еще ты мне обещала сходить к целителю.

Думаю, уже стоит пойти, – с паникой в голосе сказала она. А я не выдержала и зарыдала в голос. Мне стало так жаль ее. Как ей сказать, что она три недели была без сознания, и что ее болезнь – и не болезнь вовсе? И что теперь будет с ее глазами?

Вошел Тит, увидел мои слезы и проснувшуюся подругу, и быстро к ней подошел.

– Ирда, ты очнулась, наконец-то, – взяв ее за руку, мягко сказал он. Подруга дернулась от неожиданности.