Земля джиннов

Но и говорили бы мы о другом... Если бы дело вообще дошло до разговоров.

От его намёка мои щёки покраснели, и с расспросами на ближайшее будущее я решила закончить.

Без часов сложно. Не имея возможности в любой момент узнать текущее время, поначалу теряешься. Мне казалось, оно вообще замерло и камнем упало вниз. Монотонные пейзажи успокаивали и только усиливали впечатление временного вакуума. После полудня я уже смогла держаться в седле без помощи Искандера и пересела на другого верблюда. Целительное тепло солнца изгнало из моего тела слабость и неприятные воспоминания.

Даже дорога засверкала новыми гранями: пески сменились пустошами, появились редкие растения, птицы и козы.

Эзра несколько попривык и окончательно понял, что гули вполне себе сочетаются с верблюдами, взбодрился и вновь стал самим собой — подвижным и шумным. Он вспомнил, что обещал мне экскурс в историю государственности халифата, и с удовольствием пустился в рассказ.

Мунтасира Первого сменил халиф Джэхэд, а его Мунтасир Второй.

.. и дальше, и дальше, и дальше... У Эзры потрясающая память и завидный энтузиазм!

***

Ближе к вечеру следующего дня пустоши наконец-то закончились. Глаз порадовало буйство сочной зелени — мы подошли к реке Мехран, полноводной и настолько широкой, что построить здесь мост смогут ещё очень не скоро. Переправа на другой берег обошлась нам в цену одного верблюда.

В ворота Эль-Ифрана вошли с последними лучами заката.

Город он маленький, особенно для столицы Провинций, компактный и патриархальный.

Архитектура столичная, однако люди совсем другие. Мы с Эзрой были вынуждены закутаться с головы до пят, как правоверные мусульманки. Я — потому что бесправная женщина и моё место подле мужа, а Эзра — гуль. Благодаря его сородичам староверам, этим ребятам здесь мягко говоря не рады, кем бы они ни были, даже сыщиками из Сыскного приказа. Только так получилось влиться в местное общество.

Отыскать риад, в котором можно провести ночь, тоже оказалось не так-то просто.

Позднее время, подозрительные лица, отсутствие багажа и нежелание отвечать на вопросы вызывали подозрение среди местных. Лишь после часа мытарств по городу нас приютила одинокая пожилая вдова, посчитавшая, что в её возрасте звонкая монета стоит любого риска.

Глава 23

Дорога иссохших слёз — русло древнего ручья, осушенного во времена Мунтасира Первого — начиналась в паре-тройке километров на восток от Северных ворот Эль-Ифрана.