Ставка на любовь

Взяв с протянутой ладони колечко, он убрал его в карман жилета и, приобняв Ятски, улыбнулся ей: — Вы так переживаете за девушку, словно она ваша родная дочь. Такая сердобольная мадам.

— Кто дочь? Софи?! — Эдна яро перекрестилась, сбрасывая с себя руки нахала. — Что за шуточки? Её саму мать нагуляла в столице, и она по стопам пошла! Посадить бы у позорного столба нахалку! Пусть подумает над своим поведением!

— А почему бы и нет? — радостно откликнулись сзади, от самого входа. — Давно пора преподать урок этим Эстерхаун! Пусть мамашка знает, что не все решают ее связи!

— Непотребные связи! — отозвалась эхом мадам Ятски.

— Все мы знаем, как она свой магазин открыла! И товар там так себе, одно название!

— То-то вы у мамы скидку на днях выбивали. Чуть ли не за полцены десять ярдов муслина уговаривали отдать! — закипела я, яростно осматривая нехорошо настроенную толпу. Бежать пора. Только бы до дома успеть, а там ворота заговоренные — отсижусь до маминого приезда. Потом получу, конечно, по первое число за эту авантюру…

Решившись, затаила дыхание и медленно сделала шаг назад.

— А ну молчать! — раздалось за спиной. Плечи сжали горячие пальцы. Крепко так, не вырваться. — Вы что устроили?! Что за дикие нравы?! У столба только воров и убийц сажают!

Ллойд говорил зло, отрывисто. Народ затих: прислушивался, искал в нем слабину. Им уже мало было разойтись по-хорошему, уж я-то такие вещи чувствую.

— Мы знаем, что делаем! — ответил отец Хонж, поднимая над головой факел. — А вот вы, молодой человек, не ведаете, что натворили! В столице всё и всем позволено, там царит разврат, а нам, в Кёльхельме, все еще важен моральный облик наших дочерей и жен! Какой мы подадим пример присутствующим, если оставим выходку Софи безнаказанной?

— Пример?! — Пальцы Ллойда сжали мои плечи сильнее прежнего.

— Присутствующим?! Дамам, что не сочли нужным даже одеться как следует, лишь бы успеть подглядеть в щель за Софи? Это им вы боитесь подать плохой пример?!

Отец Хонж несколько сконфуженно осмотрелся, задержал суровый взгляд на стоявшей ближе всех мадам Ятски, одетой лишь в теплый домашний халат поверх нижнего платья, и прокашлялся.

— Мы спешили предотвратить беду, — неуверенно ответил он, загораживая собой мадам Оли, также находящуюся не в лучшем виде.

— И предотвратили! — Ллойд обошел меня сбоку, отпустив, и громко объявил: — Я девушку не опорочил! Могу дать клятву дарга!

Люди обеспокоенно зашушукались, возмущенно засопели.

— Не нужно клятв! — Вперед снова вышла Эдна Ятски.