Легенда о Гвендолин

Человек верит в то, во что ему хочется верить. Почти всегда.

В конце концов гость успокоился и потянул ремень, расстёгивая. Лёгкие нижние штаны упали к его ногам, являя на свет бёдра — стройные и мускулистые. Я не сдержала ещё один вздох, но он уже не слышал его.

Натянув через голову длинную ночную сорочку, мужчина проследовал к просторной кровати с паланкином — таких я не видела до сих пор вообще нигде. В комнатах учениц кровати были узкие — и хорошо если не располагались в два этажа.

Он упал на перину и некоторое время лежал, разглядывая складки тяжёлого бархата — видимо, думал о своём.

Может быть, о том, зачем приехал сюда. Только потом гость потянул шёлковое покрывало на себя, укрылся и закрыл глаза.

Ещё какое-то время я, затаив дыхание, наблюдала за ним и судорожно пыталась сообразить, что мне делать теперь. Потом улыбнулась самой себе — недавнее сновидение подсказало мне выход.

Не выходя из тени, я проскользнула к мужчине и присела на край кровати. Поднесла одну руку к его глазам и, прочертив магический знак, прошептала слова заклятья.

Теперь он увидит меня во сне. И как решил бы любой, незнакомый с магией, подумает, что это был вещий сон — завтра, когда встретит меня наяву.

Я отодвинулась от него, разрешив себе ещё лишь мгновение понаблюдать за красивым лицом, а затем решительно распахнула ставни, позволяя свирепому морскому ветру ворваться в спальню, и, на ходу оборачиваясь чайкой, бросилась в окно.

На следующее утро меня разбудили спозаранку — и дали мне на умывание и одевание четверть часа.

На рассвете нужно было, облачившись в парадную мантию, стоять во дворе, среди других таких же подобранных для смотра.

Уже закончив ежедневные процедуры и выбравшись в коридор, я обнаружила, что кроме меня готовятся спускаться Рейчел и Локлин, но никого из парней в коридоре не было.

Они хотя и редко общались между собой, сейчас бурно обсуждали вопрос о том, что их ждёт. Я промолчала, не желая открывать своих тайн.

Все вместе мы спустились на первый этаж, и я увидела, что там уже выстроились около двух десятков учениц — и трое хрупких, похожих на девушек, учеников.

Всё происходившее потом более походило на смотрины невест.

Ворон, снова надевший свою маску, подходил к каждой из нас. Сдвигал назад скрывавшие лицо и волосы покрывала, приподнимал подбородок двумя пальцами и разглядывал, поворачивая так и сяк.

Когда он проходил мимо меня, процедура повторилась с точностью до жеста.