Академия Магии Сейлем

Если Колвин так жесток к своей родной дочери, чего ждать остальным?

Ванесса отложила самописец и посмотрела в окно, была хорошая погода, чтобы прогуляться. Она дождалась Саттон, и они пошли на свежий воздух, по дороге заглянув к её маме, декану академии.

В академии стояла тишина, необычная даже для воскресенья. Очевидно, все студенты валялись на залитых солнцем лужайках, радуясь окончанию экзаменов и перспективе провести последние несколько дней триместра в своё удовольствие — ведь теперь не надо было ни делать уроки, ни повторять пройденное.

Ванесса неторопливо бродила по пустынному коридору, поглядывая в окна пока ждала Саттон которая зашла к маме; она видела, как кто-то, взяв лодки, плавал, а кто-то купался в озере вместе с друзьями.

Она никак не могла решить, что для нее сейчас лучше — уединиться или побыть с людьми. Стоило Ванессе очутиться в компании, как её тянуло уйти, а в одиночестве она сразу начинала скучать по друзьям.

Жаркое солнце палило Ванессу и Саттон своими лучами, пока они шли по лужайке.

Вокруг было полно студентов — растянувшись на траве, они загорали, болтали, читали новости и жевали сладости. Многие приветственно махали Ванессе или Саттон или окликали их, явно стараясь показать, что они сочувствуют.

Ванесса не вступала с ними в разговоры. Она не имела понятия о том, сколько из случившегося месяц назад им известно, но до сих пор ей удавалось уклоняться от расспросов, и такое положение дел её вполне устраивало.

Они отошли в сторонку по берегу озера, сели на траву, спрятавшись от докучливых взглядов за густым кустарником, и молчали, глядя на сверкающую воду…

Может быть, одиночество прельщало ее потому, что она переживала, что опять подвергнет близких опасности? Словно она могла невидимым барьером отстраниться от всего остального

мира.

И всё-таки, сидя здесь, у кромки воды, раздавленная бременем вины и измученная тоской по Мэту, которую ещё не успело смягчить время, она не замечала у себя в душе никакого особенного страха.

Светило солнце, вокруг смеялись люди, и, хотя она и ощущал себя такой далёкой от них, точно принадлежала к другой расе, ей всё же было очень приятно, что подруга рядом. Ванесса старалась не думать, что когда-нибудь она должна будет убить своего отца, не потому что жалела, а потому что боялась, и того, что не сможет этого сделать, и того, что сможет.