Семейные Ценности

Так ещё и шлёпанцы вместо обычной обуви. Хм… Кен на это лишь бросил, что у меня хотя бы носки есть, а он только обуться и успел. Но все эти переживания отошли в сторону, когда мы наконец-то подошли к воротам открытой ярмарки. Хотя… ярмаркой это назвать трудно.

Здесь было всё, что только мог представить ребёнок. И циркачи, и клоуны, и различные жонглеры, и десятки разнообразных торговых лавочек, а также аттракционы. И толпы… яблоку упасть негде. Стоило нам увидеть это разнообразие ярких цветов, как сон рукой сняло.

— Так, — протянул иллюзионист, медленно осматриваясь. — Во что бы поиграть в первую очередь?

Но кажется, парня уже никто не слушал. Кен неожиданно учуял, что неподалёку готовят клубничную сахарную вату и уже мчался туда. Чикуса решил опробовать свои силы в ближайшем тире, а я и Хром словно загипнотизированные смотрели на огромное скопление воздушных шариков, привязанных к одному из торговых вагончиков.

Я была уверена, что если кто-то возьмёт все эти шарики, то он тут же поднимется в воздух. Вот бы проверить… Но Мукуро уже определил, что он хочет опробовать в первую очередь, а именно шоколадные конфеты домашнего производства. Парень покупал их коробками. Причём каждому. Расплачивался ли он настоящими деньгами или иллюзией, я не знаю. И по правде сказать, не хочу знать. Меньше информации — крепче сон.

Но после, когда Хром засмотрелась на цирковых животных, у которых, ко всему прочему, имелись вольеры с котятами и щенками, Мукуро пришла новая идея: купил всем ободки с ушками и заставил каждого ходить с ними весь день. Ох, как же Кен смущался… Да и Чикуса был несколько озадачен таким поступком, но решил не спорить. Сам Чикуса, когда появилась такая возможность, отвёл меня в сторону, чтобы поговорить.

— Тебе не кажется, что Мукуро изменился? — поинтересовался парень, намеренно замедляя шаг.

— О чём ты? — не понимала я.

— Хм… как бы сказать… Вроде бы ничего особого, но… — пытался подобрать слова Чикуса, повернув голову в сторону Мукуро, что как раз о чём-то беседовал с Хром. — Каждый раз, когда он возвращается вечером после тебя, Мукуро-сама выглядит довольным. Словно сделал некое важное открытие, с которым ни с кем не желает делиться. Более того, мы практически не слышим от него идей о заговорах против мафии, как раньше.