Семейные Ценности

Но… Какая разница? Пусть смотрит, раз так ему проще. Зато не огрызается, и нет этих вечных оскорблений. Хотя я, на всякий случай, всё равно стараюсь лишний раз с ним не контактировать. Тсуна и Такеши часто зовут во время обеда на крышу школы. И если раньше Хаято в эти моменты старался держаться подальше, не упуская возможность кинуть какую-нибудь колкую фразу в мой адрес, то сейчас шёл со всеми и молчал.

Было как-то не по себе. Чувствовала… хм… недосказанность? Напряжение? Что-то такое, чего не уловить и не увидеть.

Это смущало, так что я и с парнями старалась контачить как можно реже. Когда они звали на крышу, отмахивалась, придумывая различные отговорки, а сама оставалась в пустом кабинете, позволяя себе сознательно расслабиться.

В эти моменты, я обычно занималась тем, что мне нравится. Да-да, наконец-то вспомнила о своём хобби. Раньше я о нём даже подумать боялась, но когда эта вечная война с Хаято поутихла, почувствовала некое спокойствие и… Почему бы и нет?

Доставала из сумки одну невзрачную тетрадь в клеточку.

Обычный ученик, если заглянет туда, мало что поймёт. Практически каждая её страница исписана, зачёркнута, изрисована, вновь перечёркнута и вновь перерисована. И только я знаю, что там на самом деле. Моё сокровище, о котором не знает никто. Ни моя мать, ни моя сестра, ни даже Мукуро, который желает знать обо мне как можно больше.

Раскрыла на последней исписанной странице и принялась медленно и тихо напевать себе музыку, делая очередные зарисовки и пометки. Потом что-то не понравилась и я зачеркнула то, что только что нарисовала.

Начала всё заново.

Занимаясь этим делом, порой так увлекаешься, что в итоге совершенно ничего не замечаешь вокруг. Полностью уверена, что пока не прозвенит звонок на урок, я в этом кабинете одна. И когда в тетради вырисовывается именно то, что я хочу, настроение поднимается. Трудно сдерживать улыбку и лёгкий смех.

— Готово… — прошептала я, откидываясь назад на спинку стула, и тут же почувствовала головой что-то мягкое. За спиной кто-то стоял.

— Готово? Что именно? — прозвучал мужской голос на итальянском языке.

В это мгновение моё сердце перестало биться и убежало куда-то в район ног. О боже мой! Только не это! Не успела я опомниться, как тетрадка была выхвачена у меня из-под рук и оказалась в руках Гокудеры Хаято. О боже! Боже! Кто угодно, но только не он!

— Верни! — практически крикнула я, вскакивая со стула. — Верни тетрадь!

От пульса закладывало уши. Губы пересохли, а ладони заледенели в одну секунду.