Последняя ночь ведьм

– Я свой!

Малыш Тони громко крякнул и с размаху метнул меч в стену конюшни.

– Лори?! Черт тебя подери, проклятый морф! Какого хрена ты так пугаешь приличных людей?!

– А вы чего такие нервные, ребята? – морф осторожно приблизился к компании покрытой зелёной слизью и смердящими гнилью ошмётками плоти. – Случилось чего?

– Ты ничего не видел? – уточнил Роман, уже зная ответ.

– Дак спал я. Рядом с лошадками. А что ещё?

– Убираемся отсюда! – скомандовал Роман вместо ответа. – Живо! Малыш и Маркус – со мной.

Заберем свои вещи из дома. Остальные – седлайте лошадей!

– Ведьма не отпустит нас так просто… – покачал головой Маркус, задумчиво глядя на дом. – Придётся пробиваться с боем, – его рука мягко легла на рукоятку кинжала.

– Нет, она не станет, – покачала головой Марго. – Она не станет препятствовать нашему уходу.

– Ты так уверена? Почему? – маг пытливо пронзил её чёрным взглядом.

– Потому, что она моя… – Марго запнулась. – Потому, что ей был нужен только Виктор.

В качестве дани болотным тварям. Она сказала мне.

– И ты поверила ведьме? – фыркнул Маркус.

– Да. И на то есть причина, которую я не собираюсь оглашать. И вообще, мы едем или остаемся здесь на завтрак?!

Не сказать, чтобы мужчины полностью поверили уверениям Марго насчёт Морены, но когда они вошли в дом, тот оказался пуст и безмолвен. Быстро пробежавшись по комнатам, мужчины не нашли никаких признаков присутствия хозяйки дома, шустро собрали свои вещи и вернулись во двор.

– Похоже, старуха испугалась нашего Кантора и утопла в болоте! – Виктор одобрительно потрепал мальчика по взлохмаченной шевелюре. – Туда ей и дорога!

Маркус с сомнением покачал головой, но ничего не сказал…

Тропинка, которая ночью казалась ночью мрачной и угрожающей, с рассветными лучами потеряла значительную часть зловещей ауры. Хмурые тени зарослей растаяли, открыв взглядам просветы между деревьями, в которые робко проглядывало солнце.

Всем хотелось как можно быстрее убраться подальше от болота и его обитателей. Лошади как будто разделяли стремление наездников и резво двигались по тропинке, уходящей вверх.

Холм, на который они поднимались, был больше похож на пологую гору. По мере подъёма на холм, лесная чаща редела, всё чаще радуя путников проплешинами просторных полян, покрытых густым ковром цветущей левиоллы. Так назвал эти скопления ароматных сиреневых звездочек Виктор.