Последняя ночь ведьм

Ведь так? Ты ждала этой ночью совсем не его, верно?

- Ты - псих! – Со всем бушевавшим в груди возмущением, дернувшись вперёд, Марго резко вырвалась из плена мужских рук и, устремившись к двери, рванула ручку на себя. – Вон отсюда! Живо!

Проигнорировав её приказ, Маркус молниеносно оказался рядом, презрительно процедив,

- Тебе не удастся…

Что там ей не удастся, Марго так и не услышала, ибо разговор пришлось прервать на самом интересном. Чисто формально постучав о дверной косяк, новая гостья с интересом оглядела комнату.

Тихонько присвистнула, увидев отключившегося на полу Малыша Тони. Слегка приподняла брови, рассмотрев застывших в весьма пикантной близости друг от друга Маркуса и Марго, и покачала головой,

- Смотрю, будить вас не придется! Тем лучше! Руки в ноги и бодро шуруем вниз, котики! Добрые самаритяне уже спешат сюда, чтобы преврать ваши юные тела в фарш!

- Лорин?! - Удивилась Марго, быстро отстранившись от мага. - Что случилось?

- Вопрос отличный! - Женщина тихонько потрясла за плечо не приходящего в сознание бородача и едва заметно вздохнула, - Однако, времени на задушевные беседы у нас нет.

Я всё рассказала Роману. Они с карликом седлают лошадей. Нужно поторапливаться.

Заметив сложенную на стуле одежду, Лорин кивнула на неё: "Твоя?", и сграбастав в кучу, быстро пихнула в руки Марго.

- Одевайся! А я пока разберусь со Спящей Красавицей. - Великанша вновь наклонилась к Малышу Тони. - Это ты его так? За что?

Натягивая рубашку прямо на футболку, Марго принялась было объяснять, да так и застыла с приоткрытым ртом, потрясённо наблюдая за происходящей на её глазах метаморфозой.

..

Продолжение следует...

Глава 12. Дождь из саранчи

Марго сложно было удивить волшебством. Чудеса, что свели бы с ума обычного смертного, были её неизменной обыденностью с рождения, такой же привычной, как цвет волос или звук голоса. И всё же девушка не могла оторвать взгляда от происходившего на её глазах превращения. Пышногрудую фигуру Лорин сотрясали резкие рывки, словно кто-то невидимый разрывал тело изнутри, безжалостно ломая кости и выворачивая суставы, вдавливая и разминая плоть.

При этом гладкое лицо женщины оставалось безмятежно дружелюбным, почти незаметно тоже меняя очертания. Мягкие округлости скул, что придавали миловидность, приобрели более жесткие грани, покрывшись едва заметной синевой лёгкой небритости. Разрез глаз почти не изменился, как и их цвет. Глаза, блёклой голубизны рассветного неба, по-прежнему весело смотрели на Марго.