Идеальный слуга

Он же не настолько идиот, чтобы идти на такую встречу, не заготовив сюрприз-другой?..

– Твою мать, – только и сказала я, прежде чем набрать Карину.

Глава 11. Хищение в особо крупных размерах

– Прошу прощения, ваше величество, что я все это прихватил с собой, – сказал он, – но, когда за мной пришли, я еще не кончил пить чай-с.

Л. Кэрролл «Алиса в Стране Чудес»

Следовало отдать Карине должное: когда я разбудила ее истеричным звонком, она послала меня куда ближе, чем я могла рассчитывать в половине четвертого утра, и вдобавок ухитрилась выловить какое-то зерно смысла в моих суматошных показаниях.

Должно быть, сказывался долгий опыт работы в Курултае.

– Так, а ну-ка, выдохни, – резко скомандовала сестра, воспользовавшись паузой в моей панической исповеди. – Во-первых, ты цела?

Я истерично соврала, что целее не бывает, и вообще беспокоиться следует не обо мне.

– Во-вторых… – Карина выдержала многозначительную паузу. – Итан?..

От неожиданности я запнулась и едва не пересчитала лбом босоножки на обувной полке – а потом залилась краской, как школьница, впервые подумывающая о покупке презервативов.

А что я, собственно, могла рассказать об Итане одной из сестер?

«Знаешь, Карин, я тут нарушила первостепенный запрет и наложила лапу на чужого меченого, потому что он фотографирует как бог и язык у него, гхм, подвешен»? «Переспала тут с одним, он не перезвонил, я волнуюсь»?

Блестяще, Алиса, блестяще!

Краем глаза я заметила, как Самат с неувядающим интересом прислушивается к разговору, и прошла мимо него на кухню.

Увы, проблему это не решало: в однушке чертовски тяжело найти место для конфиденциального разговора, и охотник по-прежнему грел уши, только теперь – с почтительного расстояния.

– Это он меня фотографировал для канала, – сказала я Карине то, что она и так прекрасно знала, – и помогал с поисками ведьмы.

На том конце повисла многозначительная тишина. У Карины всегда было что-то общее с акулами: те чуют кровь на огромных расстояниях, а моя обожаемая сестрица способна учуять недомолвку за полторы тысячи километров.

Жертва обречена в обоих случаях.

– Он… – робко мяукнула я и замолчала, не в силах подобрать слова.

Он бесил меня до невозможности. Подкалывал, опускал на землю, торговался со мной, как с базарной бабкой, не стеснялся обламывать по любым вопросам, постоянно припоминал незначительные мелочи, на которые более благородный и воспитанный человек давно закрыл бы глаза.