Гранит науки и немного любви

Всегда знала, язык нужно держать за зубами, а инициатива наказуема, но как тяжело молчать!

Ладно, не одному же магистру Лазавею страдать, камней хватает. Осунту Тшольке я ненавидела всей душой, с первой минуты знакомства, посему без зазрения совести запустила в нее камнем. Эх, промахнулась, угодила в защитный мыльный пузырь!

— Так, мне это надоело, я ее свяжу.

«Хвостатая» ведьма насупилась, вскинула руки, но спутник остановил. Не ожидала от него. Маг покачал головой и мягко попросил:

— Иди к остальным, Осунта, я разберусь.

Магистр Тшольке одарила убийственным взглядом и процедила, что всегда знала, ничего путного из меня не выйдет. Взяли из жалости вздорную девицу, теперь расхлебываем. После пообещала в красках расписать декану все прелести увиденной сцены и ходатайствовать о наказании, а то и исключении из академии.

— Никогда не думала, что в академии преподают люди сомнительных моральных качеств, — в долгу не осталась, щедро полила ядом в голосе.

Что теряю, раз исключать собрались?

Непередаваемые, все же, ощущения, когда вас чуть-чуть не убили. Вот и я осеклась, со страхом взирая на обуглившуюся траву рядом. А у стервы характер!

— Уйди, Осунта, обедом займись, на разведку сходи — словом, выплесни энергию в мирное русло на полчасика. — Магистр Лазавей встал, подошел к коллеге и положил руку ей на плечо. – Иначе мне вас разнимать придется. Какой пример подаешь девочке?

Показалось, или он не просто так смотрел Осунте в глаза? Та неохотно удалилась, всем своим видом показывая, ничего хорошего меня не ждет.

Тяжело вздохнув, Лазавей снова сел и устало предложил:

— Поговорим? Без крика, ругани и членовредительства.

Кивнула и тоже осторожно присела.

Сердце все еще гулко стучало в груди.

Осунта чуть не убила!

— Обещай больше ни на кого не нападать. Надеюсь, не обиделись, что на «ты»?

Понимаю, когда волнуешься, «тыкать» удобнее.

Обещание дала: все равно пар выпустила, осознала и стыдно стало.

— Чудесно! – улыбнулся маг. – Пункт второй: за перенесение из коридора благодарите магистра Тшольке. У нее зуб на вас. Обставили ее, указали на брешь в рассуждениях. Да и на вступительных экзаменах она к вам не благоволила, — хмыкнул Лазавей. — Словом, вы ей не нравитесь. А вот почему вы сюда попали...

Магистр почесал переносицу и вздохнул. Видела, что он тянет время, но не торопила.