Ключ к сердцу тьмы

Увы, причина, по которой я оказалась в столь плачевном положении, пока оставались загадкой. Я склонялась к тому, что виной всему новая фамилия. Вряд ли кого-то прельщала должность мэра провинциального города, которую в день моей свадьбы получил отец, да и долго брата уплачены. Оставался герцог Рардеж. Хотелось выть от обиды. Муж не любит меня, почему я должна страдать? Сомневаюсь, будто Арон выполнит условия похитителей и выкупит мою свободу. Подумаешь, овдовеет в третий раз, найдет новую молодую жену.

Гадалка ведь предупреждала! Но кто мог подумать, что ее слова сбудутся так скоро…

По щеке скатилась слеза, за ней другая. Уткнувшись в холодный камень, я беззвучно плакала. Тюремщики не заткнули рот, но позвать на помощь не могла: крик неизменно хрипом застревал в горле.

Не знаю, сколько я провела на полу. День в темнице походил на ночь, одни бесконечные сумерки. Зато желудок ясно давал понять, что долго, и требовал горячей пищи. Словно услышав его неблагородное урчание, возле окошечка заметались блики света.

Лязгнул засов, и в дверном проеме показался темный силуэт. За спиной гостя я различила еще двоих мужчин. Хоть бы один принес еду!

— Жалкое зрелище! — В голосе неизвестного звучало холодное презрение. — Сразу видно, Арон выбирал племенную кобылу.

Тут уж я не стерпела, как бы ни была напугана, с достоинством ответила нахалу:

— Извольте выбирать выражения, когда говорите о даме!

— Не такая она и кобыла. — Голос второго мужчины оказался ниже, с легкой хрипотцой.

— Но ты прав, на герцогиню не тянет.

— Хочешь, забери себе, если Арон до завтрашнего вечера не объявится, — милостиво разрешил первый, распорядившись мной словно вещью. — Вряд ли она на что-то годна в постели, но мордашка симпатичная.

Подавив рвавшийся наружу гнев, задумалась. Выходит, он видел меня и явно не здесь: даже при свете факела не понять, красавица я или урод. Но где? На свадьбе или на ярмарке?

— Не переживайте, леди, — сомнительно обнадежил обладатель баса, — со мной всяко лучше, чем с камнем на шее.

Без титула, конечно, и не женой, зато живая.

Предпочла бы оказаться мертвой. Если он только дотронется до меня!.. Собственно, а что я сделаю? Беспомощная, связанная — с мужчиной. Осознав весь ужас своего положения, молила Арона приехать. Ужасы брачной ночи померкли перед перспективой изнасилования.

Меня тревожил третий гость, пока хранивший молчание.